-- Это тайна которую я самъ не знаю, отвѣчалъ Саваренъ.
-- Я догадываюсь, сказалъ Ангерравъ,-- что это долженъ быть тотъ же кто пишетъ политическія передовыя статьи. Онѣ очень замѣчательны; онѣ не похожи на статьи другихъ журналистовъ, и лучшихъ и худшихъ. Я съ своей стороны мало ломаю голову надъ политикой и пожимаю плечами надъ статьями въ которыхъ правительство состоящее изъ плоти и крови сводится къ математическимъ формуламъ. Но эти статьи мнѣ кажется пишутся свѣтскимъ человѣкомъ, и я какъ человѣкъ свѣтскій читаю ихъ.
-- Но, сказалъ виконтъ де-Брезе гордившійся своимъ изящнымъ слогомъ,-- это разумѣется не произведенія знаменитаго писателя; въ нихъ нѣтъ ни краснорѣчія, ни чувства, хотя мнѣ не слѣдовало бы уменьшать достоинства вашего сотрудника.
-- Все это можетъ быть очень справедливо, сказалъ Саваренъ,-- но Monsieur Ангерранъ правъ. Статьи очевидно принадлежатъ человѣку свѣтскому; это причина что они изумили публику и обезпечили успѣхъ газеты Le Sens Commun. Но подождите недѣльки двѣ, господа, и тогда скажите мнѣ ваше мнѣніе о новомъ романѣ новаго автора о которомъ будетъ у насъ объявлено въ завтрашнемъ нумерѣ. Я буду очень огорченъ если онъ не понравится вамъ. Въ немъ нѣтъ недостатка краснорѣчія и чувства.
-- Мнѣ ужь довольно прискучило краснорѣчіе и чувство, сказалъ Ангерранъ -- Вашъ редакторъ Густавъ Рамо надоѣлъ мнѣ съ своими "Размышленіями при свѣтѣ звѣздъ въ улицахъ Парижа", жалкое подражаніе Вечернимъ П ѣ снямъ Гейне. Журналъ вашъ былъ бы превосходенъ еслибы вы могли заставить умолкнуть вашего редактора.
-- Заставить умолкнуть Густава Рамо, воскликнулъ живописецъ Бернаръ,-- я обожаю его поэмы, въ нихъ такъ много сочувствія къ бѣдному страждущему человѣчеству.
-- Насколько страждущее человѣчество воплощается въ немъ самомъ, сказалъ докторъ,-- и большая часть страданій происходитъ отъ желчи. Но à propos о вашемъ новомъ журналѣ, Саваренъ, сегодня въ немъ есть извѣстіе, которое возбудило мое любопытство. Тамъ говорится что виконтъ де-Молеонъ возвратился въ Парижъ послѣ многолѣтняго пребыванія за границей; потомъ послѣ скромнаго указанія на репутацію талантливости пріобрѣтенную имъ въ молодости идутъ предсказанія о будущей политической карьерѣ человѣка который, если въ немъ есть крупица sens commun, долженъ думать что чѣмъ меньше сказано о немъ тѣмъ лучше. Я хорошо помню его; ужасный mauvais sujet, но замѣчательно красивый. Съ нимъ была непріятная исторія по поводу брилліантовъ одной иностранной герцогини побудившая его выѣхать изъ Парижа.
-- Но, сказалъ Саваренъ,-- извѣстіе о которомъ вы упомянули намекаетъ что это ни на чемъ не основанная клевета, и что настоящею причиной добровольнаго изгнанія де-Молеона было то что очень часто случается съ молодыми Парижанами: онъ растратилъ свое состояніе. Онъ возвращается когда получилъ по наслѣдству или пріобрѣлъ собственнымъ трудомъ на чужбинѣ достаточное обезпеченіе.
-- Тѣмъ не менѣе я не могу повѣрить чтобъ общество снова приняло его въ свою среду, сказалъ Бакуръ.-- Когда онъ оставилъ Парижъ, всѣ желающіе избѣгать дуэлей и предохранить своихъ жень отъ соблазна вздохнули съ облегченіемъ. Общество можетъ радостно привѣтствовать возвращеніе заблудшей овцы, не не оправившагося волка.
-- Прошу извинить меня, mon cher, оказалъ Ангерранъ,-- общество уже отворило свои ворота этому бѣдному, несправедливо оскорбленному волку. Два дня тому назадъ Лувье собралъ въ своемъ домѣ находящихся въ живыхъ родственниковъ или близкихъ де-Молеона -- къ числу которыхъ принадлежатъ маркизъ де-Рошбріанъ, графы де-Пасси, Бовилье, де-Шавиньи, мой отецъ и разумѣется двое его сыновей -- и представилъ намъ доказательства которыя совершенно очищаютъ виконта де-Молеона отъ всякаго подозрѣнія въ преступномъ или безчестномъ поступкѣ въ этой исторіи съ брилліантами. Въ числѣ доказательствъ находятся отзывы самого герцога и письма этого аристократа къ де-Молеону послѣ его отъѣзда изъ Парижа, выражающія величайшее уваженіе и изумленіе къ чувству чести и великодушію характера виконта. Результатомъ этого семейнаго совѣта было то что мы всѣ вмѣстѣ отправились сдѣлать визитъ де-Молеону. Въ тотъ же день онъ обѣдалъ у моего отца. Вы достаточно знаете графа де-Вандемара, и я могу добавить, мою матушку, и можете быть увѣрены что они слишкомъ строго и внимательно относятся къ общественнымъ приличіямъ чтобы принять даже родственника не взвѣсивъ предварительно всѣмъ pro и contra. Что касается Рауля, то самъ Баярдъ не могъ бы быть большимъ защитникомъ чести.