"По моей просьбѣ, г. Сартижъ принялъ самыя дѣятельныя мѣры къ разысканію гдѣ находилась Луиза и кто были родственники у которыхъ, по ея увѣренію, она нашла пріютъ. Для розысковъ была употреблена полиція; были сдѣланы объявленія, безъ упоминанія именъ, но достаточно понятныя для Луизы еслибъ они дошли до нея. Въ нихъ говорилось что если въ вашемъ бракѣ была неправильность, то ради ее самой ее просятъ исправить это совершеніемъ втораго обряда. Отвѣтъ долженъ быть адресованъ avou é. Но отвѣта не было; полиція несмотря на неудачные поиски не теряла надежды на успѣхъ, когда черезъ нѣскозько недѣль послѣ объявленій г. Сартажъ получилъ пакетъ съ удостовѣреніемъ, прилагаемымъ при настоящемъ письмѣ, о смерти Луизы Дюваль въ Мюнхенѣ. Удостовѣреніе, какъ ты увидишь, повидимому офиціально засвидѣтельствовано и не подлежитъ сомнѣнію. Такъ полагали и г. Сартижъ и я. Розыски полиціи были прекращены. Я былъ свободенъ. Мало-по-малу я отдѣлался отъ тяжелаго впечатлѣнія причиненнаго моимъ злополучнымъ бракомъ и извѣстіемъ о смерти Луизы. Богатый и умственно дѣятельный я понемногу отдѣлывался отъ воспоминаній объ испытаніяхъ моей молодости какъ отъ тяжелаго сна. Я вступилъ въ публичную жизнь; составилъ себѣ уважаемое положеніе; познакомился съ твоею теткой; мы обвѣнчались, и ея прекрасная природа повліяла на улучшеніе моей. Увы, увы! черезъ два года послѣ нашей свадьбы -- около пяти лѣтъ послѣ полученія удостовѣренія о смерти Луизы -- я съ твоей теткой совершали лѣтнюю поѣздку въ долинѣ Рейна; на возвратномъ пути мы остановились въ Ахенѣ. Однажды какъ я гулялъ въ окрестностяхъ города, я увидалъ на дорогѣ маленькую дѣвочку, по виду лѣтъ пяти, которая въ погонѣ за бабочкой споткнулась и упала какъ разъ у моихъ ногъ; я поднялъ ее, и такъ какъ она плакала больше отъ испуга чѣмъ отъ дѣйствительнаго ушиба, я старался всячески успокоить ее; въ это время подошла шедшая въ нѣсколькихъ шагахъ позади дама, взяла ее изъ моихъ рукъ и поблагодарила меня. Звукъ ея голоса заставилъ сердце мое остановиться. Я взглянулъ и увидѣлъ Луизу.
"Она узнала меня только тогда какъ я конвульсивно схватилъ ее за руку и произнесъ ея имя. Изъ насъ двоихъ я, безъ сомнѣнія, больше измѣнился; довольство и счастіе оставили во мнѣ мало слѣдовъ прежняго нуждавшагося, истомленнаго заботами студента. Но если я прежде узналъ ее, за то она оправилась скорѣе. Выраженіе лица ея сдѣлалось жестко и сухо. Я не могу передать съ буквальною точностью быстрый разговоръ который произошелъ между нами послѣ того какъ она посадила ребенка на дерновую скамью близь дороги, сказала чтобъ онъ посидѣлъ тамъ смирно, и отошла со мною на нѣсколько шаговъ какъ бы не желая чтобы ребенокъ могъ слышать что говорилось.
"Содержаніе разговора было слѣдующее: она отказалась дать объясненія относительно удостовѣренія объ ея смерти, сказала только что узнавъ о томъ что она называла "преслѣдованіями" посредствомъ объявленій и розысковъ полиціи, она послала эти документы по указанному въ объявленіи адресу чтобъ избавиться отъ дальнѣйшаго безпокойства. Но какимъ образомъ были получены эти документы, или же такъ искусно поддѣланы что могли обмануть опытнаго юриста, я не знаю до сего дня. Она объявила что теперь она счастлива, ни въ чемъ не нуждается, и что если я хочу сколько-нибудь поправить причиненное ей зло, то долженъ оставить ее въ покоѣ; въ случаѣ же -- чего трудно ожидать -- если мы опять встрѣтимся, долженъ смотрѣть на нее какъ на постороннюю; что она съ своей стороны никогда не будетъ безпокоить меня, и что удостовѣреніе въ смерти Луизы Дюваль даетъ мнѣ возможность жениться въ другой разъ, что и она имѣетъ право сдѣлать.
"Я былъ такъ смущенъ и разстроенъ пока она говорила все это что не пытался прерывать ее. Ударъ такъ потрясъ меня что я едва могъ оправиться, и лишь когда она повернулась чтобъ уйти, я вдругъ вспомнилъ что ребенокъ называлъ ее maman, и судя по тому сколько ему было лѣтъ на видъ, онъ долженъ былъ родиться лишь нѣсколько мѣсяцевъ спустя послѣ того какъ Луиза оставила меня, и слѣдовательно былъ мой ребенокъ. Среди подавлявшаго меня горя я могъ только пробормотать: "а вашъ ребенокъ? Безъ сомнѣнія онъ имѣетъ на меня права отъ которыхъ вы отказываетесь. Вы не были невѣрны мнѣ пока я считалъ васъ своею женой?"
"-- Боже! какъ можете вы оскорблять меня такимъ подозрѣніемъ? Нѣтъ! воскликнула она порывисто и высокомѣрно.-- Но такъ какъ я не была вашею законною женой, то это не законный вашъ ребенокъ; онъ мой, и только мой. Впрочемъ если вы захотите потребовать его... Она остановилась какъ бы въ нерѣшительности. Я видѣлъ что она готова уступить мнѣ ребенка еслибъ я этого потребовалъ. Я долженъ сознаться, съ угрызеніемъ совѣсти, что отступилъ предъ такимъ предложеніемъ. Что могъ я сдѣлать съ ребенкомъ? Какъ объяснить женѣ почему принимаю въ немъ участіе? Еслибъ это былъ мой незаконный ребенокъ, я не рѣшился бы сознаться Джанетѣ въ увлеченіи молодости. Но, какъ это было на самомъ дѣлѣ, это ребенокъ отъ прежняго брака,-- первая жена жива!-- кровь застыла во мнѣ отъ ужаса. Если я возьму ребенка выдумавъ какую-нибудь исторію о его происхожденіи, развѣ я не подвергну себя, не подвергну Джанету постоянной и ужасной опасности? Естественная любовь матери къ ребенку побуждала бы ее справляться о немъ, при чемъ она легко могла открыть мое новое имя и можетъ-статься черезъ нѣсколько лѣтъ предъявить на меня свои права.
"Нѣтъ, я не могъ рисковать подвергнуться такой опасности. Я проговорилъ угрюмо: "да, вы правы, ребенокъ вашъ и только вашъ", я готовъ былъ предложить для него денежную помощь, но Луиза уже повернулась презрительно къ скамьѣ на которой оставила дитя. Я видѣлъ какъ она вырвала изъ рукъ его полевые цвѣты которые бѣдняжка набрала; и какъ часто послѣ я вспоминалъ какъ грубо она сдѣлала это, не какъ мать любящая свое дитя. Въ это время на дорогѣ появились другіе прохожіе; двоихъ изъ нихъ я зналъ, это была англійская чета дружески расположенная къ леди Джанетѣ и ко мнѣ. Они остановились подойдя ко мнѣ; въ это время Луиза прошла съ ребенкомъ въ направленіи къ городу. Я отвернулся въ противную сторону и старался собраться съ мыслями. Какъ ни ужасно было это внезапное открытіе ясго было что Луиза также сильно желала скрыть его какъ и я. Мало было вѣроятности чтобъ эта тайна когда-нибудь открылась. И она и ребенокъ были одѣты какъ люди богатые. Ребенокъ несомнѣнно не нуждался въ денежной помощи съ моей стороны, и для него было лучше оставаться на попеченіи матери. Такъ пробовалъ я утѣшать и обольщать себя.
"На другой день мы съ Джанетой оставили Ахенъ и возвратились въ Англію. Но я не могъ отдѣлаться отъ ужасной мысли что Джанета не была моею законною женой; что еслибъ она когда-нибудь проникла тайну сокрытую въ моей груди, она тотчасъ оставила бы меня, хотя бы ей пришлось умереть отъ того (ты знаешь какъ нѣжно она любила меня). Во мнѣ произошла безмолвная перемѣна. Прежде я имѣлъ честолюбіе свойственное людямъ въ публичной жизни; я искалъ славы, положенія, вліянія. Теперь это честолюбіе оставило меня; я отступилъ при мысли сдѣлаться слишкомъ извѣстнымъ чтобы Луиза или ея родственники не узнали того что знали всѣ, то-естъ что прежде я носилъ другое имя, имя ея мужа, и видя меня въ богатствѣ и почетѣ, не вздумала бы въ послѣдствіи требовать для себя или для дочери правъ которыми пренебрегла когда полагала что я нахожусь въ бѣдности и неизвѣстности. Но и моя совѣсть и вліяніе ангела жены побуждали меня искать всевозможныхъ случаевъ дѣлать добро другимъ пользуясь тѣми средствами какія давали мнѣ мое положеніе и обстоятельства. Я огорчался когда и это доставляло мнѣ нѣкотораго рода извѣстность. Съ какою болью я избѣгалъ ее! Люди приписывали мою боязнь публичности моей скромности. Меня прославляли, а я зналъ что я обманщикъ. Но годы проходили. Я ничего не слыхалъ ни о Луизѣ ни о ребенкѣ, и страхъ мой постепенно проходилъ. Но я былъ доволенъ когда двое дѣтей родившихся у насъ съ Джанетой умерли въ малолѣтствѣ. Еслибъ они остались въ живыхъ, кто знаетъ не могло ли что-нибудь открыться для доказательства что они незаконные?
"Я долженъ спѣшить. Наконецъ настала тяжкая утрата въ моей жизни: я лишился женщины которая была для меня все. По крайней мѣрѣ она спаслась отъ открытія которое лишило бы меня права быть при ея смертномъ одрѣ и оставить въ ея могилѣ мѣсто для себя.
"Но послѣ первой агоніи послѣдовавшей за ея утратою, совѣсть, которую я такъ долго старался успокоивать, громко заговорила. Луиза потеряла всякое право на мое вниманіе, но не безвинный ребенокъ. Живъ ли онъ еще? Если такъ, то не была ли дочь наслѣдницей моего состоянія какъ единственный мой ребенокъ оставшійся въ живыхъ? Правда, я имѣлъ полное право располагать моимъ состояніемъ; оно не заключалось въ землѣ, не было заказнымъ; но не имѣла ли дочь которую я такъ покинулъ больше всѣхъ нравственное право на него? Не обязанъ ли я былъ вознаградить ее? Ты помнишь что докторъ посовѣтовалъ мнѣ на время перемѣну мѣста. Я уѣхалъ, никто не зналъ куда. Я отправился въ Парижъ, чтобъ отыскать г. Сартажа, avou é. Я узналъ что онъ давно умеръ. Тогда я обратился къ его душеприкащикамъ съ вопросомъ не сохранилось ли послѣ него какихъ-нибудь бумагъ или переписки его съ Ричардомъ Макдональдомъ происходившей нѣсколько лѣтъ тому назадъ. Оказалось что всѣ эти документы, вмѣстѣ съ другими не возвращенными послѣ его смерти корреспондентамъ, были сожжены по его распоряженію. Такимъ образомъ не осталось никакого указанія на мѣстопребываніе Луизы, если оно и было найдено послѣ того какъ я видѣлъ ее въ послѣдній разъ. Я не зналъ что дѣлать. Я не рѣшался начать розыски съ помощью постороннихъ людей такъ какъ въ случаѣ открытія ребенка, могъ сдѣлаться извѣстнымъ и бракъ который оскорбилъ бы память моей святой покойницы. Я возвратился въ Англію чувствуя что дни мои сочтены. Я передаю тебѣ заботу о розыскахъ которыхъ не могъ произвести самъ. Я завѣщаю тебѣ, за исключеніемъ мелкихъ раздачъ и вкладовъ на общественную благотворительность, все мое состояніе. Но ты поймешь изъ этого письма что тебѣ поручается его храненіе, о чемъ я не могъ упомянуть въ моемъ завѣщаніи. Я не могъ не оскорбивъ почитаемую память твоей тетки назначить наслѣдницей моего состоянія дочь отъ жены которая была жива когда я женился на Джанетѣ. Всякій намекъ на это могъ бы подать поводъ къ сплетнямъ и подозрѣніямъ и послужить къ открытію того что я хочу оставить въ тайнѣ. Я разчиталъ что за всѣми вычетами сумма переходящая къ тебѣ по завѣщанію простирается до 220.000 фунтовъ. Но я передаю безусловно и немедленно въ твою собственность сравнительно ничтожную сумму 20.000 фунтовъ. Если дочь Луизы не находится въ живыхъ или если ты откроешь что вопреки всѣмъ вѣроятностямъ это не мой ребенокъ, все состояніе переходитъ къ тебѣ. Но если сама Луиза жива и можетъ нуждаться въ денежной помощи, ты озаботишься чтобъ она получала ежегодно сколько ты найдешь достаточнымъ, но не знала бы источника. Тебѣ принадлежитъ забота, если возможно, даже больше чѣмъ мнѣ, хранить незапятнаннымъ имя и память той кто была для тебя второю матерью. Цѣль моя была бы вполнѣ достигнута еслибы ты найдя мою дочь могъ, не насилуя своей склонности, жениться на ней. Въ такомъ случаѣ она пользовалась бы вмѣстѣ съ тобою моимъ богатствомъ, и всѣ требованія справедливости и долга были бы удовлетворены. По годамъ она подходила бы тебѣ. Когда я видѣлъ ее въ Ахенѣ, она подавала надежду наслѣдовать не малую долю красоты матери. Если увѣреніе Луизы что она живетъ въ довольствѣ было справедливо, то дочь ея вѣроятно была воспитана съ нѣжностью и заботливостью. Ты увѣрялъ меня что у тебя нѣтъ другой привязанности. Но если отыскавъ мою дочь ты найдешь что она уже замужемъ, или что ты не можешь ни любить ни уважать ее, я довѣряю вполнѣ твоей чести рѣшить какая часть оставленныхъ тебѣ 200.000 можетъ быть передана ей. Мать могла испортить ее. Она могла, отъ чего Боже упаси, пойти по дурной дорогѣ. Въ такомъ случаѣ я желаю только чтобъ ей былъ удѣленъ изъ моего состоянія ежегодный доходъ который могъ бы избавить ее отъ дальнѣйшаго паденія и отъ искушеній бѣдности. Но можетъ-статься, напротивъ, ты встрѣтишь въ ней особу которая во всѣхъ отношеніяхъ достойна стать моею главною наслѣдницей. Во всемъ этомъ я вполнѣ довѣряю тебѣ какъ человѣку который изо всѣхъ кого я знаю обладаетъ высшимъ чувствомъ чести и въ то же время наибольшимъ практическимъ смысломъ и знаніемъ жизни. Главнѣйшимъ затрудненіемъ, при передачѣ части наслѣдства дѣвушкѣ, если она отыщется и окажется моею дочерью, будетъ сдѣлать это такимъ образомъ чтобы ни она ни ея окружающіе не могли приписать этого мнѣ. Она никогда не должна быть признана моею дочерью -- никогда! Твое уваженіе къ дорогой покойницѣ не дозволитъ этого. Твой свѣтлый сильный умъ долженъ побѣдить это затрудненіе: мой ослѣпленъ уже тѣнью смерти. Ты обсудишь также тщательно какъ приступить къ розыскамъ матери и ребенка такимъ образомъ чтобы не разоблачить нашу тайну. Для этого потребна большая осторожность. Вѣроятно ты начнешь розыски въ Парижѣ, съ помощью полиціи, съ которою будешь очень сдержанъ въ своихъ сообщеніяхъ. Къ величайшему несчастію у меня нѣтъ миніатюрнаго портрета Луизы, и я могу дать только общее описаніе ея наружности которое мало поможетъ ея открытію. Но каково бы оно ни было, оно остережетъ тебя отъ того чтобъ ошибочно не принять за нее другую. Луиза была средняго роста, но казалась нѣсколько выше своего роста; у нея было странное сочетаніе темныхъ волосъ, свѣтлаго цвѣта лица и свѣтлосѣрыхъ глазъ. Теперь ей должно быть безъ малаго сорокъ лѣтъ. Она не лишена была образованія, полученнаго отъ отца. Хорошо говорила по-англійски; рисовала со вкусомъ и даже не безъ таланта. Осторожнѣе будетъ начать розыски сперва Луизы чѣмъ ребенка, который долженъ быть главною цѣлью розысковъ, ибо только разузнавъ все до нея касающееся ты будешь въ состояніи убѣдиться въ вѣрности свѣдѣній касательно дочери, которую я можетъ-статься только по ошибкѣ считаю своею. Хотя Луиза говорила съ такимъ высокомѣріемъ о томъ что свободна выходить замужъ, но рожденіе ребенка могло повредить ея репутаціи и сдѣлаться серіознымъ препятствіемъ ко второму браку, такъ какъ она не приняла законныхъ мѣръ къ расторженію брака со мною. Если такимъ образомъ она не вышла снова замужъ, ей не было причинъ не принять снова свое дѣвичье имя Дюваль, какъ въ письмѣ ко мнѣ, видя что я пересталъ безпокоить ее розысками, для избѣжанія коихъ она придумала фальшивое удостовѣреніе своей смерти. Поэтому вѣроятно она живетъ гдѣ-нибудь въ Парижѣ подъ именемъ Дюваль. Понятно что тягость неизвѣстности касательно твоего состоянія не должна быть твоимъ удѣломъ на неопредѣленное время. Если по окончаніи напримѣръ двухъ лѣтъ твои розыски не приведутъ ни къ какому результату, тогда три четверти всего моего состоянія переходятъ въ твою полную собственность, а четвертую часть ты помѣстишь для приращенія процентами на случай если мой ребенокъ найдется въ послѣдствіи. Если же онъ не найдется, это будетъ запасными капиталомъ для твоихъ дѣтей. О, еслибы дочь моя могла найтись вовремя, еслибъ она была такова что ты могъ бы полюбить ее и жениться на ней по свободному выбору! Больше я ничего не могу сказать. Пожалѣй меня, и не суди строго мужа Джанеты.
Р. К.