-- Я не нахожу измѣнить въ немъ ни одного слова, сказалъ Грагамъ:-- простите если мое молчаніе неправильно передало мое душевное движеніе; лучшее краснорѣчіе то когда не находишь словъ для выраженія одобренія ему.
-- Я знала что это вамъ понравится. Леопольдъ всегда такъ склоненъ уменьшать свои достоинства, сказала герцогиня, рука которой нѣжно покоилась на плечѣ мужа.-- Эпитафіи очень трудно писать, особенно эпитафіи женщинамъ, о которыхъ при жизни чѣмъ меньше говорятъ тѣмъ лучше. Леди Джанета была единственная извѣстная мнѣ женщина которую можно было хвалить безопасно.
-- Прекрасно сказано, сказалъ герцогъ съ улыбкой,-- и я желалъ бы чтобъ ты объяснила это нѣкоторымъ изъ женщинъ твоихъ друзей, которымъ это могло бы послужить урокомъ. Сама будучи неуязвима ни для какой сплетни, Джанета Кингъ никогда не произносила и не поощряла ни одного дурнаго слова противъ другихъ. Но я боюсь, другъ мой, что мнѣ придется оставить васъ tête-à-tête съ Элеонорой. Вы знаете что сегодня я долженъ присутствовать въ палатѣ, я могъ оставить засѣданіе только до половины десятаго.
-- Я отправлюсь въ палату вмѣстѣ съ вами, если вы пойдете пѣшкомъ.
-- Нѣтъ, сказала герцогиня;-- вы останетесь со мною по крайней мѣрѣ еще съ полчаса. Сегодня я пересматривала письма вашей тетушки и нашла въ числѣ ихъ одно которое хочу показать вамъ; оно все касается васъ и написано въ послѣдніе мѣсяцы ея жизни.
Говоря это она взяла Грагама за руку и повела въ свою комнату которую, хотя другіе могли бы назвать будуаромъ, она называла своимъ кабинетомъ. Герцогъ нѣсколько минутъ постоялъ въ задумчивости опершись рукою на каминную полку. Въ этотъ вечеръ въ палатѣ лордовъ шли довольно важныя пренія по предмету въ которомъ онъ принималъ большой интересъ и изучилъ его во всѣхъ подробностяхъ. Его просили говорить, хотя бы нѣсколько словъ, потому что его высокій характеръ и репутація сильнаго ума придавала зѣсъ даже простому заявленію его мнѣнія. Но герцогъ, обладая какъ никто нравственною силой въ дѣйствіи, чувствовалъ ужасъ при одной мысли обращаться къ слушателямъ.
-- Ахъ! прошепталъ онъ,-- еслибы Грагамъ Венъ былъ въ парламентѣ, я могъ бы поручить ему высказаться за меня, чего никакъ не могу я сдѣлать самъ хоть бы провалиться сквозь землю. Но съ тѣхъ поръ какъ онъ получилъ деньги, онъ кажется только и думаетъ о томъ чтобы беречь ихъ.
ГЛАВА V.
Письмо леди Джанеты которое герцогиня вынула изъ конторки и передала Грагаму страннымъ образомъ совладало съ предметомъ который въ теченіи послѣднихъ двадцати четырехъ часовъ поглощалъ его мысли и терзалъ его сердце. Упомянувъ о немъ съ нѣжною похвалой, писавшая выражала, затѣмъ горячее желаніе чтобъ онъ не откладывалъ далѣе той перемѣны въ жизни которая сосредоточивая смутныя желанія и стремленія человѣка, доставляетъ его сердцу и уму, просвѣтленнымъ домашнимъ довольствомъ, возможность сосредоточить свой свѣтъ и теплоту на благородныхъ обязанностяхъ соединяющихъ человѣка съ человѣчествомъ.
"Нѣтъ человѣка, писала леди Джанета, на чей характеръ и карьеру счастливый выборъ въ супружествѣ можетъ имѣть большее вліяніе чѣмъ на характеръ и карьеру моего милаго пріемнаго сына. Я ни мало не боюсь что онъ впадетъ въ тѣ же ошибки какъ его блестящій отецъ. Лишеніе богатства въ молодости, кажется мнѣ, было для него однимъ изъ тѣхъ благъ которыя посылаются небомъ подъ видомъ несчастій. Въ молодости. его живость и богатство природы въ соединеніи съ потребнистью выказываться и жаждою одобреній, заставляли меня нѣсколько бояться за его будущность. Теперь же, хотя у него и остались тѣ же черты характера, но онѣ уже не преобладаютъ, онѣ измѣнились и очистились. Онъ научился благоразумію. Но чего я теперь боюсь за него и чего онъ не выказываетъ въ свѣтѣ, такъ что ни вы ни Леопольдъ не замѣтили этого, это чрезмѣрная чувствительность гордости. Я не знаю какъ иначе назвать это. Она такъ перемѣшана съ высшими качествами что я часто боюсь не уменьшились ли бы они еслибъ отдѣлить отъ нихъ его ошибки.