-- Да.
-- Милое дитя мое, я былъ бы вашимъ злѣйшимъ врагомъ еслибы поощрилъ подобное желаніе; держитесь карьеры въ которой вы можете быть велики; поправьтесь только здоровьемъ, и я ручаюсь моею репутаціей за вашъ славный успѣхъ на сценѣ. Чѣмъ можете вы быть въ качествѣ композитора? Вы будете приписывать красивую музыку къ красивымъ словамъ и ваши произведенія будутъ распѣвать въ гостиныхъ съ большимъ или меньшимъ успѣхомъ какимъ обыкновенно пользуются женщины любительницы. Примитесь за что-нибудь высшее -- а я знаю, вы сдѣлаете это -- и вы не будете имѣть успѣха. Былъ ли въ новѣйшія времена, можетъ-быть даже и во всѣ времена, примѣръ чтобы женщина-композиторъ достигла извѣстности хотя бы третьестепеннаго опернаго сочинителя? Литературныя сочиненія могутъ быть безразлично принадлежностью того и другаго пола. Въ нихъ гжа Дюдеванъ и вашъ другъ гжа Гранмениль могутъ превзойти многихъ мущинъ; но геній музыкальной композиціи мущина, и примите это за комплиментъ если я скажу вамъ что вы больше всего женщина.
Онъ оставилъ меня разумѣется огорченною и смиренною, но я чувствую что онъ справедливъ относительно меня; что касается до всѣхъ женщинъ вообще, то я не могу рѣшить этого. Но когда эта надежда покинула меня, я чувствую себя болѣе безпокойною и болѣе возбужденною. Дайте мнѣ совѣтъ, Евлалія, дайте мнѣ совѣтъ, и если возможно, утѣшьте меня.
Изавра.
Отъ той же къ той же.
До сихъ поръ нѣтъ писемъ отъ васъ, а я оставляла васъ въ покоѣ въ теченіи десяти дней. Какъ думаете вы я провела ихъ? Маэстро заѣхалъ къ намъ съ г. Савареномъ настаивая чтобы мы вмѣстѣ съ ними посѣтили театры. Я не была еще ни въ одномъ со времени своего пріѣзда. Я догадалась что добросердечный Маэстро сдѣлалъ это предложеніе не безъ цѣли. Онъ полагалъ что будучи свидѣтельницей восторговъ какими награждаютъ актеровъ, раздѣляя увлеченіе какое театральныя иллюзіи заставляютъ испытывать зрителей, я снова почувствую прежнюю страсть къ сценѣ и съ нею жажду славы актрисы.
Я желала въ душѣ чтобъ его ожиданія могли осуществиться. Какъ хорошо было бы для меня еслибъ я могла снова сосредоточить все мое честолюбіе на томъ что для меня достижимо
Сперва мы отправились смотрѣть комедію имѣющую большой успѣхъ, авторъ коей вполнѣ понимаетъ современную французскую сцену. Исполненіе было превосходно въ своемъ родѣ. На слѣдующій вечеръ мы поѣхали въ Одеонъ, гдѣ видѣли романтическую мелодраму въ шести актахъ и ужь не знаю во сколькихъ картинахъ. Исполненіе я и здѣсь нашла безукоризненнымъ. Не передаю вамъ остальной части нашей программы. Мы посѣтили всѣ главнѣйшіе театры, оставляя оперу съ гжей S-- къ концу. Прежде чѣмъ перейти къ оперѣ скажу слова два о драматическихъ представленіяхъ.
Нѣтъ страны гдѣ бы театръ такъ захватывалъ публику какъ во Франціи; нѣтъ страны гдѣ успѣхъ драматурга доставлялъ бы ему такую славу; нѣтъ можетъ-быть страны гдѣ состояніе сцены такъ вѣрно отражало бы нравственныя и умственныя условія народа. Говорю это разумѣется не по собственному наблюденію надъ странами которыхъ не посѣщала, но по всему что слышала относительно сцены въ Германіи и въ Англіи.
Впечатлѣніе оставленное во мнѣ представленіями что я видѣла было то что Французскій народъ мельчаетъ. Комедіи которыя нравятся имъ лишь забавныя каррикатуры на лишенные всякаго значенія кружки испорченнаго общества. Въ нихъ нѣтъ крупныхъ типовъ человѣческой природы; остроуміе ихъ не обнаруживаетъ блестящихъ проблесковъ истины; въ чувствѣ ихъ нѣтъ чистоты и благородства -- это болѣзненное и ложное извращеніе того что лишено чистоты и благородства въ подобіе благородства и чистоты.