-- Но что?
-- Не можетъ ли честолюбіе обоихъ быть одинаково?
-- Какъ такъ?
-- Смягчать грубое, возвышать низменное, отождествлять свое имя съ новою красотой, съ новою славой внесенною въ общую сокровищницу.
І'рагамъ съ почтеніемъ склонилъ голову, и потомъ поднялъ ее съ краской увлеченія на щекахъ и на лбу.
-- О! воскликнулъ онъ,-- какою надежною охраной и благородною возбудительницей истиннаго англійскаго честолюбія назначила вамъ быть природа, еслибы не....
Онъ внезапно остановился.
Этотъ порывъ былъ совершенною неожиданностью для Исавры. Она привыкла къ комплиментамъ, но подобнаго рода комплиментъ въ первый разъ достигалъ ея слуха. Въ отвѣтъ на это она не находила словъ. Невольно положила она руку на сердце какъ бы для того чтобъ удержать его біеніе. Но неоконченное восклицаніе "еслибы не" смущало ее болѣе чѣмъ льстили предшествовавшія слова; машинально она прошептала:
-- Еслибы не.... что?
-- О, отвѣчалъ Грагамъ стараясь придать веселый тонъ голосу,-- я слишкомъ стыжусь своего эгоизма какъ мущина чтобы докончить мою рѣчь.