-- Надѣюсь, сказалъ докторъ подходя къ Грагаму между тѣмъ какъ большая часть гостей собрались около Саварена, разказывавшаго самые веселые анекдоты полные остроумія,-- надѣюсь что прекрасная Италіяика не повѣритъ влюбленности этой чернильной души.
-- Развѣ дѣвушки находятъ его такимъ привлекательнымъ? спросилъ Грагамъ съ принужденною улыбкой.
-- Очень вѣроятно. Онъ имѣетъ репутацію очень умнаго и очень дурнаго человѣка, а это такія качества которыя имѣютъ змѣиную прелесть для дочерей Евы.
-- И это репутація заслуженная?
-- Что касается ума, то я не могу судить безпристрастно. Мнѣ не нравятся такого рода писанія, ни мужественныя, ни женственныя, въ которыхъ отличается молодой Рамо. Онъ имѣетъ странную методу подбирать самыя напыщенныя фразы для выраженія обыкновенныхъ мыслей. Онъ описываетъ въ стихахъ любовь въ такихъ бурныхъ выраженіяхъ что вамъ можетъ казаться будто Юпитеръ нисходитъ къ Семелѣ. Но если разобрать эти выраженія съ трезвостью паталога, какъ я расположенъ разбирать ихъ, ваши опасенія за домашнее спокойствіе исчезнутъ, это vox et praeterea nihil, ни одинъ человѣкъ дѣйствительно влюбленный не сталъ бы употреблять такихъ выраженій. Онъ пишетъ въ прозѣ о недостаткахъ человѣчества. Вы любите человѣчество. Вы говорите: допустимъ что недостатки эти существуютъ, какія же средства исправить ихъ? и вы не находите ничего кромѣ вздору. Но я долженъ сказать что и въ прозѣ и въ стихахъ Густавъ Рамо попадаетъ въ тонъ развращенныхъ вкусовъ времени, и потому входить въ моду. Это о его сочиненіяхъ; что же касается его дурной репутаціи, то стоитъ взглянуть на него чтобъ убѣдиться что онъ въ сотую часть не такъ дуренъ какъ желаетъ казаться; словомъ, г. Густавъ Рамо есть типъ довольно многочисленнаго среди парижской молодежи класса который я называю "потерявшееся колѣно абсента". Это цѣлый разрядъ людей которые начинаютъ жить полнымъ галопомъ будучи еще мальчиками. Какъ общее правило они одарены такимъ слабымъ сложеніемъ что едва могутъ плестись рысцой, не то чтобы скакать въ галопъ не пришпоривая себя возбудительными средствами; ни одно изъ такихъ средствъ такъ не прельщаетъ ихъ странную нервную систему какъ абсентъ. Число паціентовъ изъ того разряда которые въ тридцать лѣтъ болѣе истасканы чѣмъ семидесятилѣтніе старики увеличивается съ такою быстротой что заставляетъ со страхомъ помышлять каково будетъ слѣдующее поколѣніе Французовъ. Съ расположеніемъ къ абсенту молодой Рамо и подобные ему писатели соединяютъ подражаніе Гейне, наподобіе тѣхъ каррикатуристовъ которые достигаютъ болѣе разительнаго сходства наибольшею уродливостью. Не легко подражать паѳосу и остроумію Гейне; но не трудно подражать его удаленію отъ Божества, его насмѣшкамъ надъ правымъ и не правымъ, его непрестанной войнѣ противъ героизма мысли и дѣйствія, котораго знамя инстинктивно охраняютъ писатели возвышающіе свою націю. Рамо не можетъ быть Гейне, но онъ можетъ также относиться къ Гейне какъ безобразный ворчунъ карликъ къ изрыгающему хулы титану. Однако же онъ интересуетъ женщинъ вообще, и очевидно интересуетъ прекрасную синьйорину въ особенности.
Въ то время какъ Бакуръ кокчилъ свою рѣчь Исавра подняла голову, до тѣхъ поръ склоненную въ позѣ серіознаго вниманія, которое казалось подтверждало замѣчаніе доктора, и взглянула вокругъ. Глаза ея встрѣтили взглядъ Грагама съ безбоязненною искренностью составлявшую часть прелести ея свѣтлаго и кроткаго ума. Но она тотчасъ же опустила ихъ слегка вздрогнувъ и измѣнившись въ лицѣ, ибо выраженіе лица Грагама было непохоже на то какое она видѣла прежде; оно было жестко, сурово и нѣсколько презрительно. Черезъ нѣсколько минутъ она встала и проходя черезъ комнату въ направленіи къ группѣ собравшейся вокругъ хозяина и остановилась у стола съ книгами и картинами у котораго Гратамъ стоялъ одинъ. Докторъ отошелъ вмѣстѣ съ нѣмецкимъ графомъ.
Исавра взяла одну изъ картинъ.
-- А! воскликнула она,-- Сорренто, мое Сорренто. Вы бывали въ Сорренто, г. Венъ?
Вопросъ и сопровождавшее его движеніе были очевидно примирительныя. Было ли примиреніе побуждаемо кокетствомъ или чувствомъ болѣе невиннымъ и безыскусственнымъ?
Грагамъ не могъ рѣшить этого и отвѣчалъ холодно, наклоняясь къ картинѣ: