Первое впечатлѣніе произведенное, на меня славнымъ малымъ, было глубокое разочарованіе и сильное отвращеніе. Но я рѣшился не быть слишкомъ взыскательнымъ; и, будучи одаренъ счастливой способностью уживаться со всякаго рода характерами (безъ чего человѣку лучше и не думать объ Австраліи), я еще до конца первой недѣли отъискалъ столько точекъ соприкосновенія между нами, что мы сдѣлались самыми короткими пріятелями. Его веселость была неистощима. Препятствія и лишенія были ему ни почемъ. Одно выраженіе: "вотъ забавно!" съ хохотомъ срывалось съ его языка въ такія минуты, когда всякій другой человѣкъ сталъ-бы ворчать и браниться. Сбивались-ли мы съ дороги въ непроходимыхъ болотахъ, прогуливали-ли обѣдъ и только что не умирали съ голода, Гай Больдингъ потиралъ руки, которыми онъ могъ-бы пришибить быка, и говорилъ: "вотъ забавно!" Случалось-ли намъ увязнуть въ трясинѣ или заставала насъ гроза, приходилось-ли летѣть черезъ голову съ дикихъ жеребцовъ, которыхъ мы принимались объѣзжать, элегическое расположеніе его выражалось опять словами "вотъ забавно!" Но это конечное выраженіе его философіи оставляло его при видѣ открытой книги. Я даже думаю, что, въ то время, онъ не нашелъ-бы ничего смѣшнаго въ самомъ Донъ-Кихотѣ. Этотъ веселый темпераментъ не былъ однако лишенъ чувствительности; едва-ли существовало когда нибудь сердце добрѣе его сердца; но это сердце постоянно билось подъ такой странный размѣръ, въ родѣ размѣра тарантеллы, что было въ безпрестанномъ волненіи. Поэтому-то онъ и былъ одинъ изъ тѣхъ добрыхъ, услужливыхъ малыхъ, которые сами никогда не бываютъ спокойны, а, если могутъ, не оставляютъ въ покоѣ и другихъ. Но главный недостатокъ Гая была положительная расточительность. Еслибы вы утромъ влили въ его карманы цѣлые потоки золота, они къ двѣнадцати часамъ дня были-бы суше пустыни Сагары. Что дѣлалъ онъ съ деньгами -- это было тайной и для него и для другихъ. Его отецъ писалъ мнѣ, что онъ видѣлъ, какъ онъ разъ кидалъ полукронами въ воробьевъ. Что въ Англіи такого рода молодой человѣкъ не могъ дожить ни до чего хорошаго, это было ясно. Однакожъ извѣстно, что многіе люди, кончавшіе жизнь и не въ рабочемъ домѣ, были въ такой-же степени невоздержны въ отношеніи къ деньгамъ. Когда Шиллеру нечего было больше отдавать, онъ отдавалъ платье, въ которое былъ одѣтъ, а Гольдсмитсъ -- наволочки съ своей постели. Заботливыя руки домашнихъ считали нужнымъ опоражнивать карманы Бетговена, передъ тѣмъ, когда онъ выходилъ изъ дома. Завоеватели, не совѣстившіеся грабить весь міръ, были такъ-же расточительны, какъ бѣдные поэты и музыканты. Александръ, при раздѣлѣ добычи, оставилъ себѣ "надежду", а Юлій Цезарь былъ долженъ два милліона, когда пустилъ послѣднюю полукрону въ галльскихъ воробьевъ. Ободренный знаменитыми примѣрами, я надѣялся на Гая Больдинга, тѣмъ болѣе, что онъ самъ до такой степени сознавался въ своей слабости, что остался совершенно-доволенъ распоряженіемъ, вслѣдствіе котораго я сдѣлался его казначеемъ, и даже умолялъ меня не давать ему его собственныхъ денегъ, какъ-бы онъ умильно ни просилъ ихъ у меня. Наконецъ я, въ самомъ дѣлѣ, пріобрѣлъ большое вліяніе на его простую, щедрую, беззаботную натуру, и даже умѣлъ найдти ему предлогъ для бережливости, искусно затронувъ его нѣжныя струны напоминаніемъ о тѣхъ неоцѣненныхъ пожертвованіяхъ, которыми онъ былъ одолженъ своему отцу, и прямой обязанности скопить хоть небольшое приданое маленькой сестрѣ своей, которой будущее состояніе, почти до половины было употреблено на уплату его университетскихъ долговъ.

Я выбралъ еще трехъ товарищей для нашей клерухіи. Первый былъ сынъ нашего стараго пастуха, недавно женившійся, но еще не успѣвшій обзавестись дѣтьми, хорошій пастухъ и смѣтливый, дѣльный парень. Второй былъ человѣкъ совсѣмъ другаго свойства: онъ приводилъ въ ужасъ окрестныхъ землевладѣльцевъ. Никто смѣлѣе и хитрѣе его не стрѣлялъ чужой дичи. Знакомство мое съ этимъ новымъ лицомъ, которое звали Билль Патерсонъ, началось слѣдующимъ образомъ: въ рощицѣ, около мили отъ нашего дома, единственномъ, лоскуткѣ земли бѣдныхъ владѣній, который изъ учтивости можно было назвать лѣсомъ, Болтъ подсмотрѣлъ и выходилъ выводокъ фазановъ. Эта молодая колонія была опустошена съ неимовѣрной смѣлостью, и населеніе ея уменьшено, не взирая на двухъ караульщиковъ, сторожившихъ сонъ ея вмѣстѣ съ Болтомъ въ продолженіе цѣлой недѣли. Набѣги были неимовѣрно-дерзки; сзади, спереди, въ нѣсколькихъ шагахъ отъ сторожей раздавались выстрѣлы,-- стрѣлокъ исчезалъ и добыча уносилась прежде, чѣмъ успѣвали прибѣжать на мѣсто. По смѣлости и искусству врага, опытные хранители узнали въ немъ Вилли, и до того боялись они его силы и храбрости, такъ безусловно сомнѣвались они въ своей способности спорить съ нимъ въ быстротѣ и хитрости, что послѣ седьмой ночи сторожа положительно отказались продолжать поиски, и бѣдный Болтъ слегъ въ постель въ припадкѣ, который медикъ назвалъ-бы ревматизмомъ, а моралистъ досадой, и негодованіе мое и сочувствіе были сильно возбуждены этой оскорбительной неудачей, а любопытство возрасло вслѣдствіе анекдотовъ объ Виллѣ; поэтому, однажды ночью, я вышелъ, вооруженный толстой дубинкой, и направилъ путь къ рощѣ. Деревья еще были покрыты листьями, и я не понимаю, какимъ образомъ хищникъ могъ различать свои жертвы въ этой чащѣ. Я услышалъ пять выстрѣловъ, увѣнчанныхъ успѣхомъ, и ни разу даже не могъ увидать его. Тогда я пробрался къ опушкѣ и терпѣливо выжидалъ его на одномъ углу, съ котораго зрѣніе обнимало двѣ стороны лѣса. Заря только начинала заниматься, когда онъ показался ярдахъ въ двадцати отъ меня. Я придержалъ дыханье, далъ ему отойдти нѣсколько шаговъ отъ рощи, проползъ такъ, чтобы отрѣзать ему отступленіе, и вдругъ выскочилъ, да еще какимъ прыжкомъ! Рука моя была на его плечѣ.... но пр.... пр.... никакой угорь не могъ быть увертливѣе его. Онъ улизнулъ отъ меня, какъ существо безтѣлесное, и ужь бѣжалъ по болоту съ быстротой,-- которая спасла-бы его не отъ одного сельскаго увальня съ тяжелыми башмаками, подбитыми гвоздями. Но знаменитый институтъ классическою гимнастикою развилъ въ своихъ питомцахъ способности ко всѣмъ тѣлеснымъ упражненіямъ, и хотя Билль Патерсонъ бѣжалъ изрядно для деревенскаго жителя, онъ все-таки не могъ сравниться въ быстротѣ съ юношей, который провелъ свое дѣтство въ основательномъ изученіи лапты, баръ и другихъ не менѣе полезныхъ игръ: -- я наконецъ догналъ его.

-- Стойте!-- сказалъ онъ задыхаясь и наводя на меня ружье, -- предваряю васъ, что оно заряжено.

-- Хорошо,-- сказалъ я,-- но хоть ты и отчаянный охотникъ, а не посмѣешь выстрѣлить въ человѣка. Отдай ружье, сейчасъ!

Это его удивило, онъ не выстрѣлилъ. Я отвелъ стволъ и подступилъ къ нему ближе. Мы схватились довольно плотно, и покуда мы боролись, ружье выпалило. Онъ пустилъ меня.

-- Помилуй Богъ! я васъ не ранилъ?-- спросилъ онъ дрожащимъ голосомъ.

-- Нѣтъ, пріятель,-- сказалъ я; -- и теперь бросимъ ружье и дубинку и подеремся просто на кулакахъ, какъ слѣдуетъ честнымъ Англичанамъ, или присядемъ да потолкуемъ по-пріятельски.

Билль почесалъ въ затылкѣ и засмѣялся.

-- Странный вы человѣкъ,-- сказалъ онъ и, опустивъ ружье, сѣлъ.

Мы поговорили, и я наконецъ добился до того, что Патерсонъ обѣщалъ мнѣ не трогать нашихъ фазановъ, и тутъ мы съ нимъ такъ подружились, что онъ проводилъ меня до дома, и даже, робко и какъ-бы въ извиненіе, просилъ меня принять пятокъ застрѣленныхъ фазановъ. Съ тѣхъ поръ я часто отыскивалъ его. Ему не было и двадцати четырехъ лѣтъ; я узналъ, что онъ занялся своимъ ремесломъ по врожденной склонности къ охотѣ и вслѣдствіе неяснаго убѣжденія, что право охотиться дано ему природой. Я скоро убѣдился, что онъ годенъ на что-нибудь лучшее, нежели на то, чтобы изъ двѣнадцати мѣсяцевъ года проводить шесть въ тюрьмѣ и кончить жизнь на висѣлицѣ за убійство какого-нибудь лѣснаго сторожа. Мнѣ казалось, что такова неминуемо будетъ его участь въ Старомъ-Свѣтѣ, почему я и старался возбудить въ немъ желаніе переселиться въ Новый, и онъ, въ самомъ дѣлѣ, много помогалъ намъ въ нашемъ переселеніи.