-- А у Тривеніона нѣтъ сына,-- сказала она грустно.-- На щекахъ моихъ выступилъ яркій румянецъ.-- Какой же я сумасшедшій опять! Мы оба замолчали; дверь отворилась и вошелъ мистеръ Тривеніонъ.
-- Я пришелъ за вами,-- сказалъ онъ улыбаясь, когда увидѣлъ меня; -- и эта улыбка, такъ рѣдко появлявшаяся на его лицѣ, была исполнена прелести.-- Я поступилъ невѣжливо; извините. Эта мысль только теперь пришла мнѣ въ голову, и я сейчасъ же бросилъ мои голубыя книжки и моего письмоводителя, чтобъ предложить вамъ прогуляться со иною полчасика,-- только полчаса; болѣе никакъ не могу: въ часъ ко мнѣ должна быть депутація!-- Вы, конечно, обѣдаете и ночуете у насъ?
-- Ахъ, сэръ! матушка будетъ безпокоиться, если я не поспѣю въ Лондонъ къ вечеру.
-- Пустое,-- отвѣчалъ членъ Парламента,-- я пошлю нарочнаго сказать, что вы здѣсь.
-- Не надо, не надо, благодарю васъ.
-- Отчего же?
Я колебался.
-- Видите ли, сэръ, отецъ мой и мать въ первый разъ въ Лондонѣ: и хотя я самъ тамъ никогда не бывалъ, все-таки могу имъ понадобиться, бытъ имъ полезенъ.-- Леди Эллиноръ положила мнѣ руку на голову и гладила мнѣ волосы, покуда я говорилъ.
-- Хорошо, молодой человѣкъ: вы уйдете далеко въ свѣтѣ, какъ ни дуренъ онъ. Я не думаю, чтобы вы въ немъ имѣли успѣхъ, какъ говорятъ плуты: это другой вопросъ, но если вы и не подниметесь, то навѣрное и не упадете. Возьмите шляпу и пойдемте со иной; мы отправимся къ сторожкѣ... и вы еще застанете дилижансъ.
Я простился съ леди Эллиноръ и хотѣлъ просить ее передать отъ меня поклонъ миссъ Фанни, но слова остановились у меня въ горлѣ, а мистеръ Тривеніонъ уже выходилъ изъ терпѣнія.