Леди Франклинъ. Превосходныя картины!
Гревсъ. И превосходный поваръ, сударыня!
Смутъ (опуская руки въ карманъ.) Я лучшій судья, Альфредъ, и по моему мнѣнію, вы не могли лучше истратить вашихъ денегъ.
Всѣ (исключая сэръ Джона.) Совершенная правда!
Эвлинъ. Что вы скажете, сэръ Джонъ? Вы, можетъ-быть, находите меня немного расточительнымъ; но вы знаете, что въ свѣтѣ одно средство заставить уважать себя -- хорошенько мотать.
Сэръ Джонъ. Конечно. конечно... Нѣтъ, лучше васъ невозможно было поступить. (въ сторону.) Я не знаю, что сказать.
Джоржина. Конечно. (Съ насмѣшкою). Не ограничивайте вашихъ расходовъ, любезный Альфредъ!
Глоссморъ. Ограничивать! что можетъ быть простонароднѣе?
Стотъ. Простонародно, сударь; нѣтъ, хуже. Это противъ всѣхъ правилъ общественной нравственности. Теперь всѣ знаютъ, что расточительность есть благодѣяніе для народовъ; что она поощряетъ искусства, даетъ занятіе художникамъ и умножаетъ ремесла.
Эвлинъ. Вы успокоиваете меня; признаюсь, я думалъ, что человѣкъ, достойный такихъ искреннихъ друзей, могъ бы заняться чѣмъ-нибудь лучшимъ, кромѣ званыхъ обѣдовъ, моднаго одѣванья, и игры.