-- Благодарю васъ, я понялъ....
Въ тотъ же вечеръ Кенелмъ написалъ слѣдующее письмо:
"Мистеръ Чиллингли, свидѣтельствуя совершенное почтеніе мистеру Бату, считаетъ полезнымъ довести до свѣдѣнія мистера Бата что онъ беретъ уроки бокса, и извиняется рѣшаясь выразить надежду что мистеръ Батъ хорошо бы сдѣлалъ начавъ самъ брать уроки прежде чѣмъ драться съ мистеромъ Чиллингли въ слѣдующее полугодіе."
-- Папа, сказалъ Кенелмъ на другой день утромъ,-- я бы желалъ послать письмо школьному товарищу котораго зовутъ Батъ; онъ сынъ законника котораго называютъ сержантомъ. Я не знаю куда адресовать ему письмо.
-- Это не трудно узнать, сказалъ сэръ-Питеръ.-- Сержантъ Батъ человѣкъ извѣстный, и его адресъ долженъ быть въ судейскомъ календарѣ.
Адресъ былъ отысканъ -- Бломсбери-Скверъ, и Кенелмъ послалъ туда свое письмо. Черезъ нѣкоторое время онъ получилъ слѣдующій отвѣтъ:
"Вы дерзкій дуракъ, и я изобью васъ до полусмерти.
"Робертъ Батъ."
Получивъ это вѣжливое посланіе, Кенелмъ удвоилъ свое стараніе, и ежедневно бралъ уроки мускульнаго христіанства.
Онъ возвратился въ школу въ лучшемъ настроеніи духа, и черезъ три дня послѣ своего возвращенія написалъ преподобному Джону: