-- Invent portum, сказалъ онъ Кенелму,-- я теперь больше не плаваю по бурнымъ волнамъ. Приходите ко мнѣ завтра обѣдать tête-à-tête. Ж ена моя съ младшимъ ребенкомъ въ Сентъ-Леонардѣ пользуется морскимъ воздухомъ.
Кенелмъ принялъ приглашеніе.
Обѣдъ могъ бы удовлетворить Бридья-Саварена -- онъ былъ безукоризненъ; вино было рѣдкимъ некторомъ, лафитъ 1848 года.
-- Я никогда не дѣлюсь этимъ, сказалъ Велби,-- больше чѣмъ съ однимъ другомъ заразъ.
Кенелмъ старался завлечь хозяина дома въ споръ о нѣкоторыхъ новыхъ сочиненіяхъ составленныхъ согласно всей чистотѣ реалистическихъ каноновъ критики.
-- Чѣмъ больше эти книги претендуютъ на реализмъ, тѣмъ меньше онѣ реальны, сказалъ Кенелмъ.-- Я почти склоненъ думать что вся школа которую вы такъ систематически созидали есть ошибка, и что реализмъ въ искусствѣ вещь невозможная.
-- Я думаю что вы правы. Я серіозно относился къ этой школѣ потому что былъ золъ на защитниковъ идеалистической школы, а если человѣкъ относится къ чему-нибудь серіозно онъ всегда ошибается, особенно если онъ раздраженъ. Я не былъ серіозенъ и не былъ раздраженъ когда писалъ тѣ статьи которымъ обязанъ своимъ мѣстомъ.
При этомъ Велби съ удовольствіемъ потягивался и поднеся стаканъ къ губамъ съ удовольствіемъ наслаждался букетомъ вина.
-- Вы огорчаете меня, отвѣчалъ Кенелмъ.-- Грустно узнать что умъ человѣка въ юности находился подъ вліяніемъ учителя который смѣется надъ своимъ собственнымъ ученіемъ.
Велби пожалъ плечами.