Старуха опять поклонилась и пошла скорыми шагами.
-- Знаете ли, мистеръ Чиллингли, сказалъ мистеръ Эмлинъ,-- что миссъ Мордантъ лучшій докторъ въ вашихъ мѣстахъ? Такъ что если ей удастся вылѣчить еще нѣсколькихъ, то число ея паціентовъ сдѣлается наконецъ обременительнымъ.
-- Вы еще вчера, сказала Лили,-- бранили меня за самое удачное мое излѣченіе.
-- Я?... А, помню; вы заставили этого глупаго ребенка Меджъ вѣрить что въ аррорутѣ который вы послали ей было волшебство фей. Признаюсь, васъ слѣдовало побранить.
-- Нѣтъ. Я сама приготовляла аррорутъ, а развѣ я не фея? Я сейчасъ получила милую записочку отъ Клемми, мистеръ Умлинъ, она проситъ меня придти сегодня вечеромъ посмотрѣть ея новый волшебный фонарь. Потрудитесь передать ей что я буду, но чуръ не бранить меня.
-- И всѣ волшебства? сказалъ мистеръ Эмлинъ; -- хорошо.
Лили и Кенелмъ до сихъ поръ еще не обмѣнялись ни словомъ. Она отвѣчала важнымъ наклоненіемъ головы на его молчаливый поклонъ. Но тутъ она обернулась къ нему застѣнчиво и сказала:
-- Я думаю вы все утро ловили рыбу?
-- Нѣтъ; рыбы въ окрестности находятся подъ покровительствомъ феи, которой я не могу ослушаться.
Лицо Лили просіяло и она протянула ему руку черезъ рѣшетку.-- Прощайте; я слышу тетинъ голосъ. Опять эти ужасные французскіе глаголы!