-- Такъ прощайте; но если вы еще пробудете нѣкоторое время въ нашихъ краяхъ, то не погостите ли у насъ? У насъ есть комната къ вашимъ услугамъ.
-- Душевно вамъ благодаренъ; но я ѣду назадъ въ Лондонъ часа черезъ два. Погодите немного. Вы были при ея кончинѣ? Мирилась ли она съ мыслью о смерти?
-- Мирилась ли? Это выраженіе почти употребить нельзя въ этомъ случаѣ. Улыбка которая осталась на лицѣ ея не похожа была на улыбку покорности; ея улыбка выражала божественную радость.
ГЛАВА XII.
-- Да, сэръ, мистеръ Мельвиль въ своей мастерской.
Кенелмъ пошелъ за служанкой чрезъ залу въ комнату которая еще не существовала во время прежнихъ посѣщеній Кенелмомъ этого дома: артистъ, поселившись въ Грасмирѣ послѣ смерти Лили, пристроилъ эту комнату позади того покинутаго мѣста гдѣ Лили помѣщала "души некрещеныхъ младенцевъ".
Высокая комната, съ окнами отчасти завѣшенными, выходила на сѣверъ; разные эскизы на стѣнахъ; экземпляры старинной мебели, и дорогихъ италіянскихъ тканей, разбросанные въ безпорядкѣ по всей комнатѣ; одна большая завѣшенная картина на мольбертѣ; другая, того же размѣра и на половину неоконченная, предъ которою стоялъ живописецъ. Онъ быстро обернулся когда Кенелмъ безъ доклада вошелъ въ комнату, уронилъ кисть и палитру, съ горячностью подошелъ къ нему, сжалъ его руку, опустилъ голову на плечо Кенелма и сказалъ голосомъ по которому слышно было что онъ боролся съ овладѣвшимъ имъ сильнымъ волненіемъ:
-- Съ тѣхъ поръ какъ мы видѣлись, такое горе! Такая потеря!
-- Я знаю все; я видѣлъ ея могилу. Не будемъ говірять объ этомъ. Зачѣмъ такъ безполезно возобновлять ваше горе? Итакъ, итакъ, ваши пламенныя надежды осуществились, свѣтъ наконецъ отдалъ вамъ должное? Эвлинъ сказалъ мнѣ что вы написали знаменитую картину.
Говоря это, Кенелмъ сѣлъ. Живописецъ все еще стоялъ уныло по срединѣ комнаты, и раза два провелъ рукой по влажнымъ глазамъ прежде нежели отвѣтилъ: