"Никогда не показывай этого Льву; пусть онъ никогда не знаетъ что здѣсь говорится тебѣ. Онъ такой добрый и такъ заслуживаетъ счастья. Помнишь день кольца? Милый, милый!"
ГЛАВА XIV.
Прошло немного болѣе года. Въ Лондонѣ ранняя весна. Деревья въ паркахъ и скверахъ начинаютъ покрываться листьями и цвѣтами. Леопольдъ Траверсъ, послѣ краткой, но серіозной бесѣды съ дочерью, поѣхалъ кататься верхомъ. Еще красивый и изящный, Леопольдъ Траверсъ очень доволенъ что можетъ, когда бываетъ въ Лондонѣ, быть едва ли меньше въ модѣ между молодежью чѣмъ въ то время когда самъ онъ былъ молодъ. Онъ теперь ѣдетъ по берегу Серпентины: нѣтъ человѣка лучше его одѣтаго, красивѣе его, ѣдущаго на лучшей лошади или говорящаго съ большею живостью о предметахъ интересныхъ для его спутниковъ.
Сесилія сидитъ въ маленькой гостиной принадлежащей исключительно ей, одна съ леди Гленальвонъ.
Леди Гленальвонъ.-- Признаюсь, милая Сесилія, что я наконецъ перехожу на сторону вашего отца. Нечего говорить какъ пламенно я одно время надѣялась что Кенелмъ Чиллингли будетъ искать и добьется руки той которая, какъ мнѣ казалось, создана для того чтобъ украшать и радовать его жизнь. Но когда въ Эксмондгамѣ онъ, выбравъ другую, просилъ меня помочь ему въ этомъ дѣлѣ, уговорить мать его смотрѣть снисходительно на этотъ выборъ -- очевидно неблагоразумный -- съ этого дня я махнула на него рукой. И несмотря на то что это теперь разстроилось, онъ повидимому никогда не остепенится для практическихъ обязанностей и семейной жизни, и вѣчно будетъ скитаться по свѣту въ отдаленныхъ мѣстностяхъ, въ сообществѣ со странными товарищами. Можетъ-быть даже онъ никогда не вернется въ Англію.
Сесилія.-- Онъ теперь въ Англіи, и даже въ Лондонѣ.
Леди Гленальвонъ.-- Вы изумляете меня! Кто вамъ сказалъ это?
Сесилія.-- Отецъ его, который теперь съ нимъ. Сэръ-Питеръ былъ у насъ вчера, и такъ ласково говорилъ со мной.
Сесилія отвернулась чтобы скрыть слезы выступившій у нея на глазахъ.
Леди Гленальвонъ.-- Видѣлся ли мистеръ Траверсь съ серъ-Питеромъ?