Сесилія.-- Да; и я думаю что между ними произошло что-нибудь вслѣдствіе чего отецъ первый разъ въ жизни говорюсь со мной почти сурово.
Леди Глевальвонъ.-- Въ пользу сватовства Гордона Чиллингли?
Сесилія.-- Онъ приказалъ мнѣ обдумать еще разъ все что заставило меня отказать ему. Онъ сумѣлъ очаровать отца.
Леди Гленальвонъ.-- И меня тоже. Конечно между другими искателями вашей руки вы могли бы выбрать кого-нибудь съ болѣе блестящимъ положеніемъ въ обществѣ, съ большимъ состояніемъ, но какъ вы уже отвергли ихъ, то по своимъ достоинствамъ Гордонъ имѣетъ тѣмъ болѣе права за ваше вниманіе. Онъ уже теперь занимаетъ положеніе какого не можетъ доставить ни титулъ, ни богатство. Люди различныхъ партій очень лестно отзываются о его способностяхъ къ парламентской дѣятельности. Онъ начинаетъ пріобрѣтать извѣстность и слыветъ будущимъ дѣятелемъ высшаго разряда. Онъ молодъ и красивъ; нравственная сторона его характера ничѣмъ не запятнана, обращеніе его такъ свободно отъ всякой напускной суровости, такъ откровенно и любезно. Всякой женщинѣ должно быть пріятно въ его обществѣ: а вы, съ вашимъ умомъ, съ вашимъ образованіемъ, вы рождены чтобы занимать высокое положеніе въ свѣтѣ; вы именно та женщина которая съ гордостію дѣлила бы съ нимъ всѣ треволненія проходимаго имъ поприща и все что удовлетворяло бы его честолюбіе.
Сесилія (крѣпко сжимая руки).-- Я не могу, не могу. Онъ можетъ быть всѣмъ что вы говорите, я ничего не знаю что говорило бы не въ пользу Гордона Чиллингли, но вся моя природа враждебна его природѣ, и даже не будь этого....
Она вдругъ замолчала, густой румянецъ вспыхнулъ на ея прекрасномъ лицѣ, и сбѣжавъ оставилъ на немъ холодную блѣдность.
Леди Гленальвонъ (нѣжно цѣлуя ее).-- Вы стало-быть еще не побороли эту первую дѣвическую привязанность: неблагодарный еще не забытъ?
Сесилія прильнула головой къ груди своего друга, и чуть слышно проговорила умоляющимъ голосомъ:
-- Не осуждайте его, онъ былъ такъ несчастливъ. Какъ сильно онъ долженъ былъ любить!
-- Но вѣдь онъ любилъ не васъ.