-- Но если ты желаешь его отклонить,-- продолжалъ онъ, обращаясь къ юному гладіатору,-- то можешь сдѣлать это, потому что ты еще новичокъ и Кумольнусъ сначала не предназначался быть твоимъ противникомъ. Тебѣ лучше знать, хватитъ-ли у тебя силъ противъ него. Если онъ одолѣетъ тебя, то твоимъ удѣломъ будетъ славная смерть, если-же ты выйдешь побѣдителемъ, то я удвою выставленную цѣну изъ моего собственнаго кошелька.
Послышались клики одобренія. Лидонъ стоялъ, выпрямившись и оглядывая собраніе; высоко, въ верхнихъ рядахъ, онъ увидѣлъ блѣдное лицо и прикованный къ нему взоръ отца -- въ нерѣшимости онъ отвернулся -- нѣтъ!... побѣда въ кулачномъ бою не принесла вѣдь ему ничего, отецъ все еще рабъ!
-- Благородный эдилъ!-- отвѣтилъ онъ твердымъ и громкимъ голосомъ: -- я готовъ на бой; уже ради чести Помпеи я не откажусь отъ борьбы; пусть знаютъ, что ученикъ здѣшней фехтовальной школы не струситъ передъ римляниномъ.
Радостные крики стали еще громче.
-- Четыре противъ одного за Лидона,-- сказалъ Клодій Лепиду.
-- Ой, не двадцать-ли противъ одного?-- возразилъ Лепидъ:-- да ты взгляни только на обоихъ! Римлянинъ -- настоящій Ахиллесъ, а Лидонъ -- бѣдный начинающій мальчикъ...
И такъ, послѣдній бой передъ выходомъ дикихъ звѣрей, съ которыми предстояло сражаться преступникамъ, начинался. Въ полномъ вооруженіи, съ мечомъ и опущеннымъ забраломъ, стояли противники другъ противъ друга. Въ эту минуту претору подали письмо; онъ развязалъ шнурокъ, которымъ оно было перевязано, пробѣжалъ письмо и лицо его выразило не малое удивленіе. Онъ перечиталъ второй разъ и вполголоса проворчалъ:
-- Вѣрно онъ хорошо выпилъ еще до обѣда, что ему лѣзутъ такія глупости въ голову!
И съ этими словами онъ отложилъ письмо въ сторону и снова усѣлся съ подобающей важностью на свое мѣсто, чтобъ слѣдить за продолженіемъ зрѣлища.
Если вначалѣ Кумольнусъ завладѣлъ расположеніемъ толпы, то теперь онъ отступилъ на второй планъ передъ Лидономъ, котораго смѣлость и намѣреніе постоять за честь Помпеи сильно подняли въ глазахъ гражданъ.