ГЛАВА XVII.
ВЪ ПОСЛѢДНЮЮ МИНУТУ.
Бѣдная Нидія жестоко ошибалась, когда надѣялась незамѣтно ускользнуть изъ сада Арбака и пробраться около полуночи въ городъ.
Арбакъ, хотя и отдѣлался пока отъ опаснаго Калена, но не переставалъ все-таки мучиться опасеніями, и передъ сномъ приказалъ особенно тщательно осмотрѣть весь домъ и охранять всю ночь всѣ входы и выходы въ своемъ жилищѣ. Такимъ образомъ, несчастная слѣпая, напрасно проискавъ всю ночь свободнаго выхода, усталая и огорченная неудачей, на разсвѣтѣ была найдена Созіемъ и водворена имъ въ прежнюю комнату, подъ его надзоръ. Измученная, она бросилась на полъ и залилась слезами, пока, наконецъ, благодѣтельный сонъ не смежилъ ей глазъ.
Проснувшись, она нашла корзину съ ѣдой и питьемъ, принесенную ей добродушнымъ сторожемъ; она немного подкрѣпилась для предстоявшаго дѣла,-- она сама еще не знала какого,-- но увѣренность, что ей еще удастся спасти при помощи боговъ Главка, не покидала ея. Мучительно-долго тянулся день; вечеромъ Созій сообщилъ ей своимъ грубоватымъ, полу-шутливымъ тономъ, что грекъ осужденъ и завтра будетъ отданъ на растерзаніе звѣрямъ. Что пережила бѣдняжка въ наступившую ночь, мы не беремся описывать.
Настало утро. Она слышала приготовленія и суету въ дѣлѣ по случаю сборовъ въ амфитеатръ; слышала музыку, подъ звуки которой египтянинъ отправился со своей свитой. Нидія плакала, молилась, приходила въ отчаяніе. Давно уже было пора начать дѣйствовать, если что-нибудь еще могло случиться для спасенія Главка!
Вдругъ она вспомнила про Саллюстія: онъ самый близкій другъ Главка и навѣрное не пошелъ на бой гладіаторовъ; отъ него еще можно ждать помощи. Надо добиться, чтобы Созій провелъ ее къ нему въ домъ. "У меня есть украшенія -- подарокъ Главка, они могутъ теперь пригодится", рѣшила Нидія и начала стучать и звать, пока рабъ пришелъ, наконецъ, съ обычной своей воркотней. Если-бы ему не надо было караулить ее, онъ тоже пошелъ-бы поглядѣть на игры, воспользовавшись случаемъ повеселиться -- вѣдь не скоро опять дождешься этого въ Помпеѣ, а теперь вотъ сиди тутъ изъ-за нея! Не обращая вниманія на его недовольство, Индія прямо спросила его:
-- Сколько тебѣ еще не хватаетъ, чтобъ купить себѣ свободу?
-- Сколько? Ну, приблизительно тысячи двѣ сестерцій,-- отвѣтилъ рабъ, который при этомъ вопросѣ забылъ свою досаду.