-- Зачѣмъ же вы позволяете ему жить отдѣльно?
-- За тѣмъ, что живя въ двухъ противоположныхъ домахъ, мы, въ случаѣ нужды, имѣемъ два выхода. Стоитъ перекинуть веревочную лѣстницу изъ одного окна въ другое и онъ у насъ, или мы у него.
-- Къ кчему-же такія предосторожности? Вы нынче многое отъ меня скрываете.... Вы меня обманываете. Что вы сдѣлали? чѣмъ вы нынче занимаетесь?...... Вы молчите. Послушайте, Гавтрей, я привязалъ свою судьбу къ вашей; я даже отказался отъ надежды...... По временамъ я съ ума схожу когда оглядываюсь назадъ а вы всё-таки не довѣряете мнѣ! Со времени возвращенія въ Парижъ, вы по цѣлымъ ночамъ, часто и по днямъ не бываете дома; вы задумчивы, мрачны....... однако жъ нынѣшнее ремесло ваше, кажется, даетъ хорошій доходъ.
-- Вы видите, что я получилъ славный доходъ, сказалъ Гавтрей тихо и ласково, а всё-таки отказываетесь принять хоть столько денегъ, чтобы смѣнить это рубище!
-- Потому что я не знаю, какъ эти деньги пріобрѣтены; я не могу принять того, что.....
Онъ не договорилъ и началъ снова:
-- Да, ваше занятіе, кажется, выгодно. Вчера еще Бирни давалъ мнѣ пятьдесятъ наполеондоровъ, которые, какъ онъ говорилъ, вы желали размѣнять на серебро.
-- Давалъ?.... ахъ, онъ мошен..... И вы размѣняли?
-- Не знаю, почему, но я отказался.
-- Это хорошо, Филиппъ. Не дѣлайте ничего, что скажетъ вамъ Бирни.