Вслѣдъ за старикомъ разошлась и вся толпа...
Послышался колокольчикъ. Мужикъ, котораго называли Макся, остановился и сталъ прислушиваться.
Это катить нашъ мировой посредникъ Дьяконовъ.
Черезъ полчаса вся деревня зашевелилась. Вѣсть, что мировой посредственникъ съ уставной грамотой пріѣхалъ, разнеслась изъ дома въ домъ. А бабъ и ребятъ сильно занимало, что у посредственника золотая цѣпь на шеѣ и золотые очки на носу.
Собрали полный сельскій сходъ въ избѣ, которая оказалась благоприличнѣе и пристойнѣе, чтобы принять господина съ золотой цѣпью на шеѣ.
-- Вотъ, ребята, началъ Дьяконовъ,-- баринъ вашъ грамоту уставную прислалъ: надо ее вамъ подписать, да утвердить и въ дѣйствіе ввести. Баринъ вамъ добра желаетъ, и противъ положенія по двѣ десятины лишка даетъ,-- по положенью тотъ же девяти-рублевый оброкъ назначенъ за пять десятинъ, а онъ вамъ по семи назначилъ. Значитъ, дѣло такое, что и разсуждать нечего: надо Бога благодарить, да руки прикладывать... Вотъ вамъ статьи положенія, а вотъ и грамота... читайте!..
Приказаніе относилось къ письмоводителю съ краснымъ носомъ, который (т. е. письмоводитель, а не носъ) прокашлялся, крякнулъ и прочиталъ -- сперва статьи Положенія, относящіяся къ дѣлу, потомъ грамоту.
Мужики упорно молчали. Макся вовсе потупился въ землю, а, знакомый намъ, сѣдой старикъ бороду поглаживалъ.
-- Ну, что же, подписывать надо, ребята?.. сказалъ Дьяконовъ.
Крестьяне все таки упорно молчали, изрѣдка только иной крякнетъ.