-- Это еще милость,-- говоритъ Корней насмѣшливо. -- Вы бы осенью али зимой заѣхали!
-- И какъ вы только живете тутъ!
Корней завертываетъ цыгарку, глядя въ землю, и долго молчитъ. Потомъ сдержанно отвѣчаетъ:
-- Живемъ пока...
-- То-есть какъ "пока"? А потомъ-то что жъ?
-- Потомъ -- что Богъ дастъ. Все что-нибудь будетъ...
-- Что же?
-- Да что нибудь будетъ... Не вѣкъ же тутъ сидѣть,-- чертямъ оборки вить! Разойдется народъ по другимъ мѣстамъ, либо еще какъ...
А какъ? При свѣтѣ мѣсяца ясно видно лицо Корнея, но, поднявъ голову, онъ сдвигаетъ брови и отводитъ глаза куда-то въ сторону.
-- Какъ иначе-то? -- повторяю я вопросъ. Тамъ видно будетъ,-- отвѣчаетъ Корней уже совсѣмъ хмуро.-- Поѣдемте, баринъ,-- не рано! И молча влѣзаетъ на козлы.