Старца поместили в казенный краснореченский винокуренный завод, расположенный в двух верстах от села Краснореченска. Необыкновенная личность Федора Кузьмича скоро обратила на себя внимание. Он и здесь старался быть на народе и помочь каждому, чем мог. Рабочие завода сильно его полюбили. Смотритель относился к нему с величайшим уважением и освободил его от принудительных работ.
Так жил он здесь тихо и незаметно около пяти лет. Добрый, немного вспыльчивый, но скорее флегматичный, он как-то совсем отрешился от себя. Его мысль целиком была направлена на заботу о людях, об их жизни. Все, кто сталкивался со старцем, любили его, и за то добро, которое он делал, желали хоть немного скрасить его жизнь.
Однажды, заметив, что Федор Кузьмич утомился от жизни на людях и хотел бы уединиться, один из почитателей старца казак Семен Николаевич Сидоров, житель Белоярской станицы пришел к нему и сказал:
-- Тяжело тебе тут, Федор Кузьмич! Все люди да люди, и отдохнуть негде. Поселился бы ты у меня. Я тебе построю отдельную келью, и будешь ты жить спокойно.
Федору Кузьмичу понравилась мысль Сидорова; давно он мечтал об этом и дал согласие.
Скоро келья была построена, и старец переехал в неё. Он был очень доволен своим жилищем и думал остаться здесь надолго. Но скоро ему пришлось отказаться от своего намерения.
Лишь только Федор Кузьмич переселился к Сидорову, как стали являться к нему крестьяне разных окрестных деревень и наперебой предлагать поселиться у них. Все эти постоянные разговоры и невольные недоразумения, которые происходили у приходящих с Сидоровым, вынудили старца покинуть так понравившееся ему место.
Он переехал опять в деревню Зерцалы, в место своего постоянного пребывания. В Зерцалах многие зажиточные крестьяне звали старца жить к себе и предлагали самые выгодные условия, но Федор Кузьмич отклонил все предложения и поселился у одного бедного крестьянина Ивана Иванова, человека семейного, только что отбывшего наказание в каторжных работах.
Иванов, хотя был человек бедный, но с большой радостью принял к себе в дом старца. Заботливость о нем семьи этого бедного человека трогала Федора Кузьмича, их любовь скрашивала неприглядную обстановку, в которой приходилось ему жить.
-- Здесь, -- думал старец, -- я буду жить спокойно. -- Никто не будет спорить из-за меня.