О томъ, что было потомъ съ Федоровымъ, говорить не стоитъ, а можно было бы много разсказать.
Послѣ 1909 г. онъ нелегально все-таки съѣздилъ въ Россію, побывалъ въ то время, въ Петроградѣ, Москвѣ, Финляндіи и вернулся въ Парижъ. За время его новаго пребыванія въ Парижѣ онъ былъ внѣ политическихъ кружкахъ. Все, что было съ нимъ за то время, было крайне печально. Тупой, крайне неразвитой человѣкъ, Федоровъ былъ несчастіемъ для русской колоніи въ Парижѣ.
Судьба жестоко покарала этого рокового человѣка.
Здѣсь въ Петроградѣ, за мой пріѣздъ, я услышалъ многое, что дополнило мнѣ разсказъ Федорова объ убійствѣ Іоллоса.
Разумѣется, будетъ время -- надо пожелать, чтобы оно наступило возможно скорѣе -- чтобы на дѣло I. Б. Іоллоса былъ пролитъ полный свѣтъ.
Это время, кажется, наступаетъ...
О дѣлѣ Іоллоса много знаетъ П. А. Столыпинъ, бывшій тогда предсѣдателемъ совѣта министровъ и ген. Гершельманъ, бывшій тогда генералъ-губернаторомъ. Но ихъ нѣтъ въ живыхъ за нихъ многое касающееся ихъ должны разсказать другіе.
Много важнаго по этому вопросу могли бы намъ разсказать сенаторъ Трусевичъ, ген. Курловъ, докторъ Дубрвинъ, Буксгевденъ, ген. Герасимовъ и мн. друг.
Много важнаго долженъ разсказать и тогдашній московскій градоначальникъ ген. А. А. Рейнботъ-Рѣзвой. Онъ былъ въ Петроградѣ, когда былъ убитъ Іоллосъ и по телефону отдалъ приказъ полиціи употребитъ всѣ усилія отыскать убійцъ и придать дѣлу возможно широкую огласку.
О чемъ могли бы разсказать всѣ эти лица, о томъ слѣдуютъ пункты"...