5. Душа, жизнь
От стихии природы вещественной переходит понятие к природе духовной в слове духъ, воздухъ от глагола дую. Духъ (первоначально имеет значение самой тончайшей материи и движения оной: воздуха, веяния, теплоты, запаха; как от дуть -- духъ, так от пахаю, пашу -- запах. Потом восприятие и испущение воздуха легкими выражается словом того же корня -- дых-ание. Дыхание есть признак жизни; оттуда задушить, удушить, душегубец, издохнуть. Существо бесплотное называется духъ, ибо сим словом выражается и в природе вещественной самая нежная материя. Духъ, вдохнутый в животное: душа. Как этимологически душа происходит от духъ, так и психологически. Названия многих предметов действующих отличаются от названий предметов, подлежащих действию, тем, что первые рода мужского, вторые -- женского; потому духъ мужского рода, душа женского. По мнению народа, душа присутствует в горле и груди, потому душа значит часть тела несколько пониже горла; оттуда одеяние, покрывающее верхние части тела,-- душегрейка. Этим объясняется и поверие в Сл. о полку Иг.: единъ же изрони жемчюжну душу изъ храбра т ѣ ла, чресъ злато ожерелье. Этим же объясняется и пластический образ в том же Слове: в ѣ ютъ душу отъ тела. Слич. в Соф. вр., т. II, с. 333, о смерти в. к. Василия Иоанновича: и виде Шигона духъ его отшедше аки дымець мал. Различие духа и души в Ипат. лет., 220: позна в соб ѣ духъ изнемогающъ ко исходу души.
Более материальное понятие о бытии выражается словом жизнь, от гл. жить; ибо животъ значит не только жизнь, но и abdomen как источник жизни, и имение, достояние, как средства жизненные. Славяне и сердце почитают средоточием жизни: так, по-древански или по-лабски сердце называется животокъ (seіwôa- tak), т. е. маленький abdomen (Dobr., Slovanka, I, 15). Глубокое понятие о жизни выражается словом воскресить, ибо кресить значит и оживить и высечь огонь из кремня огнивом (Шимкевич. Корнеслов, I. 117).
6. Познавательная способность, чувства, искусство, наука
Для выражения познавательной способности и действия ее мы употребляем слова: умъ, разумъ, рассудокъ, суждение, поняпе, мысль и др. Отличие ума от разума особенно заметно в прилагательных и глаголах: умный может быть и зверь, уметь может и зверь; но быть разумным и разуметь не может. Уменье бывает и механическое, от навыка; разуменье предполагает познание того, что делаешь. Можно уметь что-нибудь делать и не разуметь, почему так делаешь. Отсюда видно превосходство разума (vernunft) над умом (verstand); потому пословицы: ум без разума беда, ум за разум зашел {Противоположное этому мнение см. у Фон-Визина в IV части сочинений, 1830, с. 64.}. Так как обе эти способности в человеке соединяются, потому и язык наш соединяет оба эти слова в выражении: умъ-разумъ. Очевидно, что раз в слове разумъ имеет смысл увеличения, превосходства, как в словах: тонкій, растонкій, расхорошій. Смыслить означает меньшую степень разумения; отсюда: ничего не смыслить -- сильнее, нежели ничего не знаетъ, не понимаетъ. Смысл имеет два значения: субъективное -- смысл в голове человека, человек со смыслом, смышленый; и объективное -- напр., смысл басни, слова, т. е. внутреннее значение. Совокупность этих обоих значений составляет понятие слова смыслъ, происходящего от мысль. Судить выражает более практическую, применительную способность; оттого судъ, судья. Суждение предполагает какие-либо две стихии для своей деятельности; потому в слове рассудить рас- означает деление, разложение на составы. Сличить слово urtheіl, означающее понятие о первоначальном делении {Hegel. Encyclopédіe, 1840, 1, с. 326.}. Напротив того, понятие выражает действие совокупляющее, собирающее, ибо происходит от по и ять (брать). Человек исследует и испытывает предметы посредством чувств. Чуять значит слышать и обонять: чутье. Слухъ происходит, может быть, от слую (Добровский. Грам. яз. сл., т. I, с. 181) и, следовательно, одного корня с слово. Слух в смысле молвы, славы подкрепляет эту догадку. Таким образом, в нашем языке выражается глубокая мысль о соответствии между органами слова и чувством слуха: а на этом-то соответствии и основывается благозвучие слова. Такое же соответствие между чувством и подлежащим чувству является в слове обоняше ( обвоняше), от воня -- запах. Потому обонять прежде употреблялось вместо благоухать: благодаряше бога въ скорбехъ и къ томужде своихъ сродниковъ поучаше, аки ливанъ во огни обоняющъ (т. е. благоухающ) представляя (Патер., житие Симона еписк.). Благороднейшее из чувств есть зрение; потому вид ѣ ть и в ѣ дать, может быть, одного корня и столь же родственны, как греч. tôeïv с èіôévaі (Добровский. Etіmologіkon. 1813, с. 70). Чувства грубейшие суть осязание (о-сязать, до-сягать, по-сягать) и вкус (кусать, кушать). Замечательно опять соответствие между силою чувства и подлежащим оной: вкусъ и искусство (ис-кус-ство) происходят от одного корня кусити (санскр. куш -- experіrі). С понятием искусства соединяется мысль об обмане, прельщении, что видно из родственных с ним слов: искусить, искуситель, искушение. Таким образом, самый язык показывает, что поэзия и искусство являют мифологическую, демоническую сторону жизни народной: прелестный первоначально значило 'обманчивый'; хотя красный имеет смысл 'добрый' -- красное солнце, т. е. прекрасное, однако его синоним червонный, чермный одного корня с червь {Goulianof. Archéologіe Egyptіenne, т. III, с. 444.}, подобно слову гадать, может быть, сродному с гадъ serpens {Ходаковского историческая система в "Рус. ист. сборн.", 1838, кн. 3.}. Художество отличается от искусства происхождением от слова ц.-сл. худогъ -- смышленый, умный, мудрый, искусный: кто премудръ и худогъ въ васъ, да покажетъ отъ добраго жипя д ѣ ла своя въ кротости и мудрости (Иаков., 3, 13). Слич. польское chèdogі -- по переводу Линде sauber, schön, zіerüch. Чувствами мы испытываем предметы. Испытать происходит от пытать -- спрашивать; следов., опытъ есть обстоятельный (о, об-) вопрос (-пыт): опытом и наблюдением добывает человек знания: испытанием и искушением вкусил он от плода древа познания добра и зла. Любопытно то, что слово качество одного корня с частицами вопросительными: какъ -- кач-е-ство. Следов., мы узнаем предмет сначала по его качеству, по свойству; оттого-то мы и называем предмет по тому признаку, какой в нем заметим; напр., горница от горнш, св ѣ тлица от св ѣ тлый. Свойство есть принадлежность предмета, его исключительная собственность, ему сродная, ибо свойство и свойство происходят от свой. Слич. в Толковании: неудобь познаваемым речам -- у Калайдовича в "Иоанне Екзархе Болгарском" (с. 196) -- качество, естество, каковому есть; свойство, кто имать что особно. Свойство отличается от признака тем, что свойство выражает понятие объективное, т. е. как принадлежность предмета, без отношения к силе познающей, а признак означает субъективное воззрение наше на свойство предмета, т. е. как ум наш признает (при-знак), чем обозначает для себя этот предмет. Качество же, происходя от частиц вопросительных и относительных, занимает средину между понятиями свойства и признака, т. е. отношение познающей способности к свойствам предмета познаваемого. Цель познания, исследования о предмете -- есть истина. Это слово происходит от местоимения истый (Добровский. Грам. яз. сл., т. I, с. 130), означающего тот же самый'. Отсюда видно, что под истиною мы разумеем совершенное сходство нашей мысли с предметом мыслимым, т. е. когда мы думаем о предмете то самое, каков он есть на самом деле. Думают, что истый не коренное слово и не родственно латинскому іste (ибо оно состоит из іs и te), a происходит от глагола еемь, есть (Шимкевич. Корнеслов, т. I, с. 91). Сведения, приведенные в порядок, составляют науку. Это слово происходит от укъ, которое встречается в наших летописях и у Карамзина в Ист. гос. Рос. в сложном слове ново-укъ, означающем 'непривыкшего, неопытного'; напр., утверждалъ, что мы новоуки въ христіанствъ (Ист. гос. Рос, IX, с. 362). Укъ одно и то же, что вык, что очевидно, напр., из слов пріучить и привыкнуть. Потому первоначально наука и привычка сближались своим значением: это подтверждается старинным словом наукъ, смысл коего стоит между наукою и навыком; напр.: письмо Василью въ наукъ пошло; пѣнье Василью въ наукъ пошло; грамота ему въ наукъ пошла (Древние российские стихотворения). Следов., слово наука у нас выражает отношение предмета познаваемого или изучаемого к субъективности познающего. Понятие же о системе не входит в смысл этого слова. Систематическое изложение есть уже сочинение, от слова чин -- порядок. Слич. строеше от строй -- тоже порядок.
7. Понятия нравственные, правда, вера, блаженство
Все непреложно истинное есть вместе и правосудно и благо. Равномерно и все праведное есть истинно; потому вм. истина мы иногда употребляем слово правда. Замечательно, что в самом языке таится понятие о синонимах; так, народная речь совокупляет слова: ум -- разум, правда -- истина. Следов., в понятиях народа представление о правде неразлучно с представлением об истине. Но правда отличается от истины уже самым производством от правый, коему противоположно виноватый; означает справедливость, в противоположность кривде, и закон вместе с исполнением, судный обычай. Отсюда Русская Правда. Правда, как понятие нравственное, стоит выше истины, что видно из слов праведникъ, праведный -- т. е. святой. Не истиною святость достигается, а правдою, неразлучною с делами добрыми. Потому-то правда называется святою, божиею. Слич. пословицу: все минется, а правда остается {В "Юридических записках", статья Снегирева, т. II, с. 267.}. В глоссах Mat. verb, правда объясняется так: "fas, lex dіvіna est" и отличается от право: "іus est hurhanum". В подобном же отношении истина стоит и к вере. В ѣ ра по производству своему имеет значение истины, ибо одного корня с лат. verus, нем. wahr; в глоссах Музейной псалтыри (XII в.): vіera Verіtas. Но в употреблении стоит выше истины, означая окончательное убеждение в истине; слич. слова уверенность, пов ѣ рка, в ѣ рно, в смысле безошибочно'. Кроме того, вера, как и правда, имеет нравственное значение: верный рабъ -- т. е. не только не обманывает, но и любит своего господина; отсюда доверенность, в ѣ рность. Следов., в слове в ѣ ра к понятиям истины и правды присоединяется понятие любви.
Заблуждение с прямого пути (от правды к кривде) есть блуд -- в смысле греха вообще; отсюда заблудиться, блуждать {Goulіanof. Archéologіe Egyptіenne, т. III,.с. 445.}. Гезений в "Lexіcon Manuale" цитирует άμαρτάνω), которое Гомер употребляет о стреле, не попавшей в цель. Гр ѣ хъ (санскр. hrі -- pudore affіcі), равно как и срамъ, стыдъ, означает внутреннее чувство согрешившего; а порокъ -- от порекать, ругать -- дурную молву людей о согрешившем.
Сила нравственная, двигающая действиями человека, называется волею. Значение этого слова стоит в связи с понятиями власти, приказания; с глаголом волить сродны: вел ѣ ть, повел ѣ ть. Замечательно, что мысль о владении выражаем мы двумя такими словами, из коих значение одного относится к понятиям силы нравственной, а другого к понятиям силы умственной; а именно править, управлять -- от правый и в ѣ дать; напр., в "Полтаве" Пушкина: спокойно ведал он Украину. Человеку дана воля свободная; потому слово воля значит и свободу; напр.: твоя воля, т. е. ты свободен, делай что хочешь. Отсюда вольный -- свободный. С волею не надобно смешивать хотения и желания. Хотение ниже желания и направляется более к предметам чувственным; нельзя сказать желаю есть, пить, а говорят хочу есть, пить. Отсюда похоть. С желанием соединяется понятие ожидания, привязанности, благосклонности, любви к ближнему: желать кому чего, желанный, вожделенный. Любовь понимаем мы в смысле чувства свободного, подлежащего вольному избранию; потому любой значит какой угодно'; слич. санскр. lubh, lôbhі turn -- cupere, desіderare, лат. lіbet, lubet, нем. er-lauben. Милость по-польск. значит любовь; милый также переходит в значение чувства нравственного, сострадания, благосклонности в слове милость. Как истина есть цель умствования, так благо есть цель действиям воли человеческой. Как за правду человек становится праведником, так и за благо награждается свыше. Потому благой значит вместе и добродетельный и счастливый, отсюда блаженный, блаженство. Блаженство есть самая высшая степень счастия, как награда за добро; только благой, добрый может быть блаженным; счастлив же бывает и злодей. Счастье предполагает нечто случайное, извне пришедшее; происходит от часть (жребий); следов., никак не может употребляться вместо блаженство.