Прекрасно мифическое воззвание, которым Валькирия сопровождала предложенный ею приветственный кубок: "Слава дню {Согласно с русскими обрядными песнями, скандинавское heіl то же, что нем. heіl, я перевожу "слава". } и вам, сыны дня! Слава тебе, ночь, и твоей дочери! Незлобивыми очами взгляните на нас и даруйте нам, здесь сидящим, победу!"
"Слава асам, слава богиням и тебе, мать сыра-земля! {Собственно: "всех питающая земля". } Даруйте нам обоим, благородным, и слово, и мудрость, и силу врачевания {Собственно: "исцеляющие руки" -- laecnіs-hendr; laecnі -- родственно нашему "лек", откуда "лечиться". } -- пока мы живем".
Вся эта прекрасная песня, оканчивающаяся клятвой в любви между Зигурдом и Валькириею, содержит в себе руны, то есть вещие изречения и советы, которыми вещая дева поучает своего героя, по его просьбе. Певец "Древней Эдды" будто с намерением медлит на этих рунах и советах, как бы желая внушить своим слушателям, что истинный союз любви может быть заключен не на минутном влечении, не на чувственной страсти, а на твердом и глубоком убеждении, основанном на взаимном уважении нравственном.
Валькирия, как вещая дева, сначала учит Зигурда рунам, то есть таинственному, чарующему знанию, заклятиям и всякой мудрости. Эти руны -- смотря по предметам, которых касается, -- следующие: руны победы, руны пива или напитка, руны спасающие, целительные, руны морские, руны ветвей, лекарственные, руны судебные, наконец, руны духовные. Само собою разумеется, что все это в высшей степени интересно и важно для истории рун, в которых позднейшее знание письмен состоит в таинственной связи с первобытною идеей о всеобъемлющем эпосе как святой старине, содержащей в себе всякое знание и чарование, всякое вещее слово. Между рунами Валькирия упоминает и bocrùnіr (buch-runen), слово, которое прямо указывает на наше буква и состоит с ним в сродстве. Но исследованием о рунах не будем прерывать прекрасной любовной сцены. Передав науку рун, Валькирия заключает: "Теперь выбирай -- тебе дается на выбор, удалой герой {Собственно: "вооруженное древо", или "древо оружия". }, слово или молчание -- решай сам собою: всякое дело должно быть в меру".
На это Зигурд ответствовал: "Не обращусь в бегство, хотя бы мне грозила верная смерть: не трусом родился я! Всем твоим верным советам буду следовать до конца своей жизни".
В такой-то искренней беседе, проникнутой глубоким чувством и мыслью, раскрылась любовь между Зигурдом и Валькириею. Следующие за тем советы -- за исключением некоторых, запечатленных характером местности и эпохи, -- замечательны по глубине и чистоте нравственного чувства, наивно выраженного.
"Первое -- советую тебе, -- говорит вещая дева, -- будь во всем чист перед своими друзьями и не спеши местью, когда они будут перед тобой неправы: это, говорят, бывает на пользу, когда умрешь".
"Второе -- советую тебе: на клянись ложною клятвою, тяжелые оковы влачит на себе клятвопреступленье; нет счастья клятвопреступнику!"
Затем, все в последовательном порядке чисел, Валькирия дает Зигурду советы, как вести себя в судилище, в тяжбах и ссорах, как избегать излишества и порочной роскоши.
"Советую тебе, в-пятых, -- говорит она, -- если увидишь прекрасных женщин, когда сидят они на скамьях, да не лишит тебя сна красота женская! И не домогайся от них тайного поцелуя".