Склон утеса прорезала широкая трещина. Размытая почва осела, и вода, отыскав выход, вырвалась из-под земли шумным водопадом.
Не помня себя от страха, аборигены кинулись бежать с утеса, испуская пронзительные вопли. Очень скоро они достигли безопасного места и начали подавать европейцам умоляющие знаки, чтобы те поскорее последовали их трусливому примеру и бежали из проклятого места.
Мажесте немедленно приступил к исполнению приказа, отданного старым моряком. Он взял мехи для надувания лодки и принялся торопливо их качать.
Лодка быстро надулась. Бока ее закруглились, стали твердыми, и странный плавучий снаряд был готов. С помощью Пьера молодой африканец перенес лодку на небольшую площадку, до которой уже добралась вода, устроил все как следует, и оба преспокойно уселись в нее, дожидаясь, когда придет время тронуться в путь.
Поток ревел все громче и громче, и вода постоянно прибывала. Утес начинал дрожать. Опасаясь внезапного обрушения, Андре решился, наконец, убраться с утеса подобру-поздорову. Деревья качались из стороны в сторону и, уступая напору, беспомощно переворачивались корнями вверх, отдаваясь на волю непобедимой силы потока. С громом и треском проносились мимо камни, обломанные ветви, вырванные кусты.
Андре стоял, прислонившись к гигантскому стволу давно засохшего камедного дерева, возносившего чуть не до облаков свой тощий растительный скелет. Крепко упершись вековыми корнями в землю, лесной великан стоял как утес. Дуплистый, толстый ствол его мог бы дать приют двум десяткам человек, и, вероятно, он нередко служил укрытием для туземцев, защищая их от дождя и бури.
Андре уже открыл было рот, чтобы скомандовать отплытие, как вдруг по всему телу его пробежала дрожь. Он отскочил и взвел курок револьвера, направив дуло на широкое отверстие дупла.
-- Кто здесь? -- громко крикнул он.
Послышался глухой стон, потом грубая брань.