-- Мы теряем время по пустякам; пора наконец взять реванш. Нам необходимо во что бы то ни стало и как можно скорее возобновить наше прерванное плавание, добраться до цивилизованных стран, бороться, активно бороться с несчастьями...
Пробыв на пустынном острове до полудня, путешественники спустили пирогу на воду и, захватив с собой про запас черепах, вскоре оставили далеко за собой коралловый риф, кратковременное пребывание на котором пробудило в них так много дорогих, полных драматизма воспоминаний.
Четыре дня они плыли, не встретив на своем пути ничего, кроме нескольких больших земель, отделенных от них группой островов, принимаемых Фрике за острова Д'Антркасто. Там обитали чернокожие, столь же гостеприимные, судя по проклятиям и угрожающим жестам в адрес пироги французов, как и жители острова Вудларк.
Высадиться на берег было невозможно, что изрядно огорчало Пьера, которому хотелось отдохнуть на земле, а главное, полакомиться чем-нибудь более питательным, чем дрянь, захваченная на скорую руку.
К Фрике снова вернулась обычная веселость, и он, позабыв невзгоды, бесцеремонно потешался над самим собой и над товарищами.
-- Мой начальник Пьер, -- говорил он, -- сильно занят своим желудком. Пускай он подождет немного, и его угостят, как в самом лучшем бульварном ресторане.
-- Гм! -- злился добродушный моряк. -- Бульвары! Ох, как далеко они от нас. А ты с такой охотой поглощаешь эту дрянь, как будто она приготовлена из самой лучшей пшеничной муки...
-- Дрянь? Вот как?! -- перебил его Фрике. -- Дрянь! Эти кокосы, бананы... Да я у тетушки Шеве не видал ничего подобного! Молчи, бездельник! Сразу видно, что в течение пятнадцати лет ты ни разу не умирал с голода.
-- А разве ты не знаешь, что воздержанностью я превзойду и самого верблюда?
-- Так чего ты хнычешь?