Вся эта сцена продолжалась около десяти минут, и, когда взбунтовавшиеся вошли без шума и криков в стройном порядке в жилище губернатора, которое обыскали до последних углов, Ириондо уже в нем не было. Он мог теперь бежать через сад вместе с капитаном Барриасом в коллегию иезуитов и найти себе там убежище в то время, когда дочь его препиралась с восставшими.
Поиски, произведенные впоследствии в священном жилище отцов иезуитов, не обнаружили в нем присутствия губернатора. А между тем Ириондо просидел сорок восемь часов без пищи под главным алтарем и ожидал в смертельной тревоге, когда наконец успокоятся восставшие. Инсургенты, не найдя его ни в доме, ни у иезуитов, подумали, что он, быть может, укрылся в Кабильдо. В этот момент на площадь выехал конный отряд, прибывший сюда со стороны пасо Санта Томо, и проехал перед тюрьмой.
Другой отряд пеших людей, тех, которых Буало и Фрике встретили тотчас по прибытии, также вступал на площадь, но с противоположной стороны, с той, где находилась casa del gobernador. Все три отряда соединились, и крики "Muere el Traidor!" раздались снова.
Затем все эти люди, опьяненные от всевластия и крепкой каньи, устремились на кабильдо, находившееся почти напротив дома губернатора.
Большие средние ворота были крепко заперты. Кандиотти смело приблизился, приставил свой пистолет к замку и четыре раза подряд выстрелил в упор, чтобы взломать замок.
Не успел он выстрелить еще раз, как ворота точно так же сами широко распахнулись, как и двери дома Ириондо, и команда "Пли!" огласила сводчатый коридор, который тотчас же осветился пороховым огнем; целый ураган картечи и пуль полетел в осаждающих.
Кандиотти и Итуррассо упали одними из первых, за ними около сотни их товарищей. Вся площадь покрылась дымом. Предсмертный хрип слился со стонами и воплями раненых и криком ярости уцелевших.
Пораженные, но не смущенные этой неожиданностью, колорадос наугад отвечали осажденным и с ножами наготове устремились в темный ход на отряд guardia provincial, засевший в кабильдо.
Но, увы, их встретили штыки передового отряда, в то время как задние ряды открыли беглый огонь через головы солдат; нападающим не стало никакой возможности сопротивляться дальше.
Флажоле, Буало и Фрике, все трое безоружные, находились в самом опасном месте, но Провидение хранило их.