Кромѣ огорода и миньятюрнаго скотнаго двора, мѣстныя пособія жителей Петропавловска состоятъ изъ рыбы, разнаго рода прекрасной дичины, топорковыхъ лицъ и нѣкоторыхъ весьма-скудныхъ произведеніи растительнаго царства. Добываніе топорковыхъ яицъ и уриловъ, для тѣхъ, кто хочетъ получить много этихъ птицъ, не тратя пороха, сопряжено съ опасностью. Топорки кладутъ свои яйца въ пропастяхъ, Въ мѣстахъ почти-неприступныхъ, въ родъ Старичкова-Острова; надобно, во-первыхъ, пристать туда въ бурное время года, потомъ подняться по закраинамъ камня наверхъ, а оттуда спускаться по веревкѣ въ пропасть. Топорковыя яйца довольно-вкусны. Добываніе уриловъ также весьма-нелегко. Я разспрашивалъ объ этомъ извѣстнѣйшаго ловца уриловъ, матроса камчатской экипажной роты Бѣлокопытова. Онъ отправляется на ботѣ съ товарищемъ къ Старичкову-Острову, котораго берега весьма-обрывисты и почти-неприступпы. Урилы, топорки и старички, не опасаясь быть встревоженными, несутъ тамъ свои яйца и обыкновенно сидятъ въ несметномъ множествѣ на закраинахъ утесовъ. Ловецъ взбирается на эти самородные карнизы, съ опасностью сломать себѣ шею, запасшись петлею на палкѣ или кулемкой и мѣшкомъ. Приблизясь къ уриламъ, онъ вѣжливо снимаетъ имъ шапку и кланяется; урилы, вѣроятно слѣдуя за движеніемъ его головы или шапки, отвѣчаютъ на его поклонъ. Послѣ этого взаимнаго привѣтствія, онъ протягиваетъ кулёмку къ ближайшей птицѣ, и та, не воображая ничего, всовываетъ туда свою голову; ловецъ обмахиваетъ палку вмѣстѣ съ птицей за спину, беретъ ее подъ мышку, свертываетъ шею, такъ чтобъ она не успѣла пикнуть, и опускаетъ свою добычу въ мѣшокъ. Потомъ онъ протягиваетъ кулёмку другому, третьему, четвертому, и т. д. уриламъ, пока не наполнится мѣшокъ; тогда онъ передаетъ его товарищу, а отъ него получаетъ другой, который наполняетъ такимъ же образомъ, пока количество птицъ не покажется ему достаточнымъ. Странно, что урилы, видя, какъ убываютъ одинъ за однимъ ихъ сосѣди, не поднимаются; но это можно объяснить себѣ тѣмъ, что они, вѣроятно, воображаютъ, что попавшіе въ кулёмку улетаютъ; кромѣ того, они въ это время бываютъ такъ жирны, что едва въ состояніи тронуться съ мѣста. Рыбы, какъ я уже сказалъ, здѣсь несметное множество. Кромѣ большихъ рыбъ, кижуча, горбуши и т. п., сюда приходятъ лѣтомъ въ огромномъ количествѣ сельди и вахня или навага. Сельдей солятъ: онѣ превосходны и не уступятъ голландскимъ; вахня, или "вахнюшка", чрезвычайно-нѣжная и вкусная рыба -- она слишкомъ-нѣжна для соленія. Чтобъ составить себѣ понятіе о количествахъ, въ которыхъ она ходитъ, скажу только, что, закинувъ судовой неводъ, мы однажды вытащили за-разъ столько вахни, что она не умѣстилась въ двухъ шлюпкахъ, изъ которыхъ одна была десятивесельный катеръ. Ходъ сельдей тогда давно уже кончился, такъ-что намъ не удалось полакомиться свѣжими селедками.

Недостатокъ капиталовъ -- отчасти и предпріимчивости, не во гнѣвъ будь сказано, и разныя мѣстныя обстоятельства, препятствуютъ камчатскимъ купцамъ завести свое судно и пользоваться выгодами, которыя теперь достаются Американцамъ. Еслибъ они рѣшились завести себѣ хоть порядочную грузовую шкуну или бригъ, то, нѣтъ сомнѣнія, хозяева получили бы большіе барыши. Лѣтомъ это судно могло бы ходить въ Нижнетагильскъ за лѣсомъ, какъ для казны, такъ и для частныхъ людей, а на зиму въ Манилу за мукою, рисомъ и всякаго рода товарами, которые распространились бы не только но Камчаткѣ, но и черезъ Охотскъ по всей Восточной-Сибири. Оно бы даже успѣло сходить въ Сингапуръ, гдѣ всѣ англійскія мануфактурныя произведенія дешевле, нежели въ самой Англіи; стояло имъ только выйдти изъ Манилы въ послѣдній мѣсяцъ NO муссона и, переждавъ перемѣну муссоновъ въ Сингапурѣ, возвратиться, когда настанетъ SW муссонъ, т. е. въ исходѣ апрѣля. Къ началу іюля, судно могло бы прійдти въ Камчатку, выгрузиться и сходить за лѣсомъ. Выгоды камчатскихъ купцовъ были бы очевидны: пудъ ячневой крупы, привозимой изъ Охотска, стоитъ 12 руб. асс., а въ Манилѣ пикуль (т. е. 3 1/2 пуда) риса обходится въ два испанскіе піастра (10 рублей асс.). Тогда можно бы было несравненно-дешевле и лучше продовольствовавать Камчатку и Охотскъ провіантомъ, а вмѣстѣ съ тѣмъ барышъ отъ этой торговли оставался бы въ рукахъ русскихъ купцовъ. Камчатскіе купцы приписываются къ третьей гильдіи, но пользуются правами всѣхъ трехъ гильдій: странно, что они не могутъ рѣшиться воспользоваться столь выгоднымъ положеніемъ!

-----

8-го октября выпалъ первый снѣгъ, но онъ вскорѣ стаялъ; однако, около исхода октября его выпало столько, что, при помощи морозовъ, въ нѣсколько дней установилась санная дорога, къ неописанной радости любителей катанья на собакахъ. Съ этой вождѣленной поры, большая часть разговоровъ начиналась и оканчивалась собаками. Каждый выхвалялъ достоинство своего пестряка, чернышки, или двоеглазки, спорили за нихъ и горячились не хуже всякихъ любителей лошадей. Г. Т--ій, страстный любитель собакъ, разумѣется, ѣздовыхъ, клялся мнѣ, что онъ предпочитаетъ собакъ лошадямъ, и что для него хорошая санка (т. е. шесть собакъ съ сайкою) имѣетъ несравненно-болье цѣны, нежели любой орловскій рысакъ. При этомъ не излишне замѣтить, что собаки стоятъ дешевле орловскихъ рысаковъ, а это обстоятельство, конечно, можетъ имѣть вліяніе на человѣческій вкусъ.

Ничѣмъ нельзя сильнѣе задѣть записнаго ѣздока или отчаяннаго любителя, хотя и не всегда отчаяннаго ѣздока, какъ сказавъ ему, что онъ не умѣетъ ѣздить, что собаки его никуда не годятся, что онѣ не пословны, запалены, прѣлы, горѣлы и проч.; или что онъ имѣетъ привычку, выѣхавъ на собакахъ, возвращаться пѣшкомъ съ ошталомъ въ рукахъ. Въ санку для катанья запрягаютъ обыкновенно шесть собакъ, по двѣ въ рядъ; упряжь -- алыки, нѣчто въ родѣ кожаныхъ хомутовъ съ одною постромкою: она привязывается къ среднему ремню, къ которому, на извѣстныхъ разстояніяхъ, немного-болѣе длины собаки, придѣланы коротенькія цѣпочки съ кляпышками. Алыкъ надѣвается такъ, чтобъ собака всегда была по внѣшнюю сторону постромки. Санка довольно-высока и весьма-легка, а слѣдовательно не слишкомъ остойчива, почему ѣздокъ долженъ безпрестанно думать о сохраненіи своего равновѣсія. Ѣздокъ садится бокомъ -- слабые ѣздоки верхомъ, это легче -- и беретъ въ руки ошталъ, согнутую палку съ острымъ желѣзнымъ наконечникомъ, которую онъ закладываетъ за передній или задній копылокѣ санки, для того, чтобъ, упершись концомъ въ снѣгъ, забороздить и тѣмъ убавить скорость ѣзды на спускахъ и косогорахъ; или чтобъ остановиться, когда понадобится. Передовыя собаки избираются изъ самыхъ умныхъ и непремѣнно должны быть пословныя, т. е. понимать и умѣть выполнять команду: чтобъ поворотить направо, говорится кахъ, кахъ; на лѣво -- хуга, хуга, а чтобъ остановиться, надобно вдругъ сильно забороздить ошталомъ и сказать на, на! Возжей нѣтъ. Ѣздокъ долженъ быть особенно-остороженъ на спускахъ и косогорахъ, потому-что подъ гору собаки несутся во весь духъ {Бываютъ случаи, хотя и весьма-рѣдкіе, и не со всякимъ ѣздокомъ, что собаки останавливаются на половинѣ спуска; но это происходитъ отъ особенныхъ причинъ.}, и легко опрокинуться вмѣстѣ съ санкой. Въ такомъ случаѣ, ѣздокъ старается схватиться за санку, чтобъ не упустить собакъ, которыя, урвавшись разъ, не дадутъ себя догнать и задержать; правда, ему прійдется влещись по снѣгу подобно Гектору, привязаиному къ торжественной колесницѣ Ахилла, но зато ѣздокъ избавится отъ неудовольствія и посрамленія тащиться пѣшкомъ, съ ошталомъ въ рукахъ, всю остальную часть дороги. Въ случаѣ неудачи, прійдя въ портъ, онъ старается укрыться отъ встрѣчъ съ знакомыми и незнакомыми, но это не спасаетъ: въ самомъ непродолжительномъ времени, всѣ узнаютъ, что такой-то прогулялся съ ошталомъ. Нарта гораздо-шире и ниже санки; на нартахъ возятъ дрова, рыбу, сѣно и проч.

Собакъ всегда держатъ на привязи около домовъ ихъ хозяевъ; ихъ кормятъ разъ въ сутки, всегда въ то же время дня, и обыкновенная порція -- одна юкола; нѣкоторые даютъ и по полуторы, даже по двѣ юколы. Передъ отправленіемъ въ дальнее путешествіе, собакъ не кормятъ, чтобъ сдѣлать ихъ легче, да къ-тому же голодныя лучше везутъ. Собаки, запряженныя въ санку, рвутся впередъ и изъявляютъ свое нетерпѣніе громкимъ воемъ, которому вторятъ другія, находящіяся на привязи: стоитъ завыть одной собакѣ, и часто случается, что всѣ собаки Петропавловскаго-Порта подхватываютъ и произведутъ такую гармонію, что непривычнымъ ушамъ приходится плохо.

Камчатскія собаки похожи видомъ на волковъ и не имѣютъ многихъ врожденныхъ собакамъ качествъ, между прочимъ главнаго -- бдительности: дюжина собакъ, лежащихъ передъ домомъ на привязи, вовсе не сторожитъ его, и ни одна не тронется при видѣ чужаго человѣка. Къ-счастію, воровство здѣсь неизвѣстно, а потому всякій хозяинъ дома смѣло можетъ быть увѣренъ, что у него никогда ничего не украдутъ- Камчатскія собаки не лаютъ, а воютъ, что съ непривычки производитъ самое непріятное впечатлѣніе, тѣмъ болѣе, что въ Европейской-Россіи вой собаки имѣетъ зловѣщее значеніе.

Въ началь ноября мы задали вечорку, на которую созвали все петропавловское общество. Г. К--въ былъ такъ добръ, что ссудилъ насъ на этотъ вечеръ своимъ домомъ, лучшимъ въ городѣ и единственнымъ, обшитымъ тесомъ. Многія изъ дамъ пріѣхали на собакахъ, и разумѣется, по примѣру маленькихъ городковъ, время пріѣзда, соразмѣрялось съ степенью важности каждой:

Gens de ton se font toujours attendre (*)...

E. de Parny.