-- Что ты, папа! Не думаешь же ты въ самомъ дѣлѣ, чтобы Петра помышляла о чемъ нибудь подобномъ! Я потому только заговорила о театрѣ, что слышала и видѣла примѣры, какъ не тѣ, болѣе чѣмъ кто либо, желаютъ быть актерами, которые лучше остальныхъ знаютъ поэзію своей страны, но скорѣе тѣ, которые узнали поэзію только тогда, когда воспитаніе ихъ вполнѣ завершилось. Вотъ у этихъ-то личностей страсть къ театру принимаетъ ужасающіе размѣры. Ихъ увлекаетъ въ этомъ случаѣ любовь къ поэзіи, внезапно въ нихъ пробуждающаяся.
-- Да, это совершенная правда,-- сказалъ деканъ -- потому что весьма рѣдко, чтобы между актерами нашелся дѣйствительно образованный человѣкъ.
-- И еще рѣже встрѣтить актера съ литературной подготовкой.
-- Совершенно вѣрно, а если это и бываетъ, то въ большинствѣ случаевъ какая нибудь страсть или избытокъ чрезвычайнаго самолюбія берутъ верхъ и губятъ талантъ. Въ молодости, когда я еще былъ студентомъ и во время путешествій, я сталкивался со множествомъ актеровъ, но ни я самъ лично, ни другіе которые говорили мнѣ объ этомъ, не знали ни одного изъ нихъ, который бы велъ жизнь, достойную истиннаго христіанина. Они могутъ имѣть склонность къ набожности... это мнѣ случалось видѣть... но въ существованіи ихъ всегда ихъ есть что то неопредѣленное, смутное, и имъ трудно внести въ него гармонію еще долго послѣ того, какъ они уже покинули сцену. Когда я говорилъ имъ объ этомъ, они соглашались со мною, но тотчасъ же прибавляли при этомъ: "Мы имѣемъ однако утѣшеніе въ сознаніи, что мы ни сколько не хуже другихъ". По моему, это плохое утѣшеніе! жизнь, которая не позволяетъ намъ быть настоящими христіанами -- жизнь грѣшная. Да поможетъ имъ Богъ и да сохранитъ отъ подобной жизни тѣхъ, которые чисты сердцемъ!
На другой день, въ воскресенье, деканъ по обыкновенію всталъ съ восходомъ солнца, чтобы осмотрѣть работы на фермѣ; послѣ этого онъ сдѣлалъ длинную прогулку и вернулся домой, когда всѣ еще спали.
Войдя во дворъ, онъ замѣтилъ тетрадь или нѣчто похожее на нее подъ окномъ Петры, вѣроятно выброшенную изъ ея комнаты и никѣмъ не замѣченную, такъ какъ она мало отличалась своей бѣлизной отъ снѣга, на которомъ лежала.
Онъ поднялъ ее и унесъ къ себѣ въ комнату; разложивъ ее для того, что бы она могла просохнуть, онъ увидѣлъ, что это была старая тетрадь французскихъ упражненій, исписанная въ концѣ стихами.
Онъ и не помышлялъ читать ихъ, но вниманіе его было привлечено словомъ "актриса", написаннымъ всюду и разными способами, даже въ стихахъ.
Онъ усѣлся и внимательно сталъ ее разсматривать.
Среди безчисленнаго множества пробъ и помарокъ, онъ нашелъ слѣдующіе стихи, которые, хотя они были во многихъ мѣстахъ перечеркнуты, все же можно было прочесть: