-- Петра! крикнула она еще громче.
-- Петра! снова воскликнулъ Педро.
И онъ убѣжалъ къ себѣ, какъ будто въ образѣ дѣвочки представился ему самъ дьяволъ.
Но внезапная блѣдность вслѣдствіе страха очень похожа на блѣдность, вызванную гнѣвомъ.
Петра подумала, что онъ побѣжалъ за ружьемъ и въ ужасѣ ей казалось, что пуля уже сидѣла у нея въ спинѣ.
Ворота изъ сада были настежь отворены, она стремглавъ вылетѣла изъ лихъ и побѣжала безъ оглядки; съ блуждающими глазами, съ черными кудрями, развѣвавшимися по плечамъ, она представляла собою живое олицетвореніе страха.
Собака, которую она встрѣтила на пути, кинулась съ лаемъ въ догонку за нею; наконецъ Петра добралась до дому и прямо бросилась къ матери, выходившей въ эту минуту изъ кухни съ миской супу въ рукахъ.
Дѣвочка толкнула ее; ребенокъ и миска очутились на поду.
-- А, чортъ! воскликнула Гунландъ въ отвѣтъ на двойное паденіе.
Петра, лежа среди черепковъ и вся перепачканная въ супѣ, продолжала кричать: