-- Скоро обнаружится, -- сказалъ онъ,-- насколько время испытанія, которое закончилось сегодня испрошеніемъ у Бога благословенія, послужило для крѣпкаго фундамента. Никто не можетъ быть вѣренъ себѣ, если берется не за свое излюбленное дѣло. Моя миссія -- громко проповѣдывать истину и добродѣтель; кто служитъ истинно такъ, какъ того требуетъ это высокое назначеніе, удостоивается высшей награды. Богъ, часто пользовался для своихъ цѣлей орудіями недостойными, и мы въ нѣкоторомъ смыслѣ всѣ недостойные; тѣмъ не менѣе, Всемогущій принимаетъ наши стремленія для пользованія ими. Но есть миссія, которая не рождается въ нашемъ воображеніи... Не попытаетесь ли вы ее исполнить, не захотите ли вы посвятить вашъ талантъ на благороднѣйшую цѣль, какой только можетъ достигнуть человѣчество?
Онъ нѣсколько разъ просилъ ее не забывать ихъ такъ какъ общность вѣры усиливаетъ и увеличиваетъ общность мыслей. Если ей случится впадать въ ошибки, у нихъ прежде всѣхъ она найдетъ прощеніе; если она не пойметъ, что поступаетъ дурно, они растолкуютъ ей это съ самымъ теплымъ участіемъ.
На слѣдующій день, за ихъ послѣднимъ обѣдомъ, деканъ простился съ Петрой самымъ дружескимъ образомъ.
-- Я согласенъ съ вашимъ другомъ,-- сказалъ онъ, что вы должны дебютировать какъ вы есть теперь и однѣ.
Въ борьбѣ, которая предстояла ей, она, по его словамъ, могла считать себя счастливой, имѣя уголокъ съ друзьями, на которыхъ ей можно расчитывать и которые ежедневно будутъ молиться за нее и всегда готовы помочь ей въ нуждѣ.
Попрощавшись съ Петрой, онъ протянулъ бокалъ Одегарду:
-- Лучшій способъ любить другъ друга соединяться вмѣстѣ для того, чтобы любить одно и тоже.
Конечно деканъ не имѣлъ ни малѣйшаго понятія, что именно заставило послѣ его тоста покраснѣть Сигнію, а за нею и Петру.
Молодыя дѣвушки не могли бы отвѣтить, покраснѣлъ ли также Одегардъ, потому что обѣ онѣ не поднимали глазъ.
Но когда къ крыльцу были поданы лошади, и всѣ трое окружили молодую дѣвушку и весь домъ сошелся около экипажа, Петра тихо прошептала, обнимая Сигнію въ послѣдній разъ: