-- Вы меня приняли кажется за другаго?
-- Совсѣмъ нѣтъ! живо отвѣтила она.
И она побѣжала сильно разсерженная; онъ кинулся за ней также бѣгомъ, бросая на лету фразы и произнося слова особеннымъ акцентомъ людей, говорящихъ на многихъ языкахъ:
-- Я отлично могу поспѣвать за вами, я ходокъ, какихъ мало; напрасно вы надѣетесь убѣжать отъ меня. Выслушайте меня, мнѣ давно хочется поболтать съ вами. Что за люди здѣсь! Какая тишина, всѣ точно мертвые. Вы одна, кажется, здѣсь живая -- я это сейчасъ увидѣлъ. Дайте мнѣ поговорить съ вами! Я вѣдь восьмой разъ прогуливаюсь здѣсь по вечерамъ, поджидая васъ.
-- Восьмой разъ?
-- Ха, ха, ха! Да, да восьмой разъ! О, конечно это безразлично, я охотно пришелъ бы и еще восемь разъ; но согласитесь, что мы созданы другъ для друга... не правда ли? Не бѣгите же такъ скоро, я все равно отъ васъ не отстану, а вы уже устали; я это вижу.
-- Неправда! Нисколько не устала!
-- Нѣтъ, устали.
-- Ничуть!
-- Нѣтъ, устали. Попробуйте поговорить, вотъ и не можете.