Въ первый разъ она отдала себѣ отчетъ въ разницѣ, существовавшей между городскими щеголихами и ею самой.
Тѣ могли бы носить подобную цѣпочку, и никто бы не удивился этому. А между тѣмъ Ингве Вольдъ не посмѣлъ бы подарить ее не одной изъ нихъ, не сдѣлавъ въ тоже время предложенія; поступать такъ можно было только съ какой нибудь рыбачкой!
Если онъ хотѣлъ оказать ей вниманіе, почему не подарилъ онъ ей чего нибудь такаго, чѣмъ бы она могла пользоваться? Но нѣтъ, онъ слишкомъ презиралъ ее -- поэтому и далъ ей цѣнную вещь, которую она никогда не будетъ въ состояніи носить.
Вся эта исторія про "призъ и самую красивую дѣвушку" была чистѣйшей выдумкой, потому что если бы причина, побудившая его дать ей цѣпочку, дѣйствительно существовала, то ему незачѣмъ было дѣлать это ночью и втихомолку.
Съ той минуты, какъ она рѣшила не говорить никому о случившемся, стыдъ и досада съ каждымъ днемъ все сильнѣе хватали ее за сердце.
Никому поэтому не должно показаться удивительнымъ, что при первой своей встрѣчѣ съ Ингве, она почувствовала такой приливъ негодованія и такъ сильно покраснѣла, что онъ невольно могъ быть введенъ въ заблужденіе.
Раздумывая послѣ надъ этимъ, Петра краснѣла еще сильнѣе.
Она вернулась къ себѣ, взяла цѣпочку и, хотя это было среди дня, пошла на гору съ тѣмъ, чтобы его дождаться.
Тутъ она должна была отдать ему его подарокъ. Она чувствовала, что онъ, придетъ, потому что онъ также покраснѣлъ, встрѣтившись съ нею послѣ долгаго отсутствія.
Когда эта подробность припомнилась ей, она послужила въ ея глазахъ въ пользу молодаго человѣка. Если бы онъ не любилъ ее, онъ бы не смѣшался и если бы не уѣзжалъ, пришелъ бы раньше.