-- Нет, нет, я бы не сумела! -- воскликнула Эрменгарда. -- Я никогда не могла бы говорить по-французски!
-- Почему же? -- с любопытством спросили Сира.
-- Ты слышала, как я отвечала сегодня, -- сказала Эрменгарда. -- И я всегда отвечаю так. Я не могу произносить французские слова. Они такие странные.
Она остановилась на минуту, а потом прибавила чуть не с благоговением:
-- Ты очень умна -- да?
Сара глядела в окно на грязный, разбитый на площади садик, на воробьев, которые прыгали и чирикали на мокрой железной решетке и на мокрых ветках деревьев. Она задумалась и ответила не сразу. Ее часто называли умной, но теперь она спрашивала себя, действительно ли она умна, а если умна, то почему это вышло.
-- Не знаю, -- наконец сказала она, а потом, заметив, что круглое, толстое лицо Эрменгарды омрачилось, слегка усмехнулась и переменила разговор.
-- Хочешь видеть Эмили? -- спросила она.
-- Кто такая Эмили? -- спросила в свою очередь Эрменгарда, совершенно так же, как мисс Минчин.
-- Пойдем в мою комнату и посмотрим, -- сказала Сара, протянув руку.