Она говорила и глядела на него так же спокойно и уверенно, как Цедрик, и это нравилось старому деспоту, перед которым всегда все трепетали. Люди обыкновенно не решались противоречить ему, и незнакомая ему до сих пор оппозиция занимала его.
-- Я полагаю, -- сказал насмешливо граф, -- что вы в душе были бы довольны, если бы мой внук не сделался графом Доринкортом.
Ее прекрасное молодое лицо залил румянец.
-- Бесспорно, прекрасно быть графом Доринкортом, я это знаю, милорд, но я больше забочусь о том, чтобы мой сын был таким же, каким был его отец, -- неизменно добрым, честным и искренним человеком.
-- Другими словами, явился бы диаметральной противоположностью своему деду, не так ли? -- заметил иронически лорд.
-- Я не имею чести вас знать, -- возразила миссис Эрроль, -- но я знаю, что мой сын полагает... -- Она на мгновение остановилась и потом спокойно добавила:- Я знаю, что Цедрик любит вас...
-- А как вы думаете, любил ли бы он меня, если бы знал причину, почему я не пригласил вас жить вместе с ним? -- сухо спросил граф.
-- Не думаю, -- ответила миссис Эрроль. -- Я потому и скрыла это от него.
-- Хорошо! -- заметил отрывисто граф. -- Не всякая женщина поступила бы так.
С этими словами он принялся ходить взад и вперед по комнате и все энергичнее дергал свои длинные усы.