-- Я думаю, что хватит, -- ответил Цедрик. -- Я очень силен, знаете, мне семь лет. Вы можете одной рукой опереться на палку, а другой на мое плечо. Дик всегда говорил, что у меня очень сильные мускулы для моих лет. -- Цедрик сжал кулак, вытянул руку и согнул ее в локте, чтобы показать свои мускулы, о которых с такой похвалой отзывался Дик; при этом его лицо было так серьезно и торжественно, что лакей счел необходимым еще упорнее уставиться на картину.
-- Хорошо, -- сказал граф, -- можешь попробовать. Цедрик подал палку и помог ему подняться. Обыкновенно эту обязанность исполнял лакей, который выслушивал немало бранных слов, в особенности, когда приступ подагры оказывался особенно сильным. Вообще его сиятельство не отличался учтивостью, и не раз громадные лакеи, ухаживающие за ним, трепетали под своими величественными ливреями.
Но на сей раз он не бранился, хотя нога болела сильнее обыкновенного. Ему хотелось подвергнуть внука испытанию. Он медленно встал и положил руку на его плечо. Цедрик осторожно сделал шаг вперед и зорко следил за движениями больной ноги подагрика.
-- Обопритесь сильнее на меня, -- сказал он с ободряющей ласковостью, -- я пойду тихонько...
Старик хотел испытать характер мальчика и нарочно налегал больше на его плечо, чем на палку. После нескольких шагов сердце у маленького лорда сильно застучало и яркая краска залила его личико, но он, помня о силе своих мускулов и похвалу Дика, крепился и говорил:
-- Не бойтесь... Я справлюсь... если... если еще не очень далеко.
До столовой было действительно не очень далеко, но когда они добрались до кресла на конце обеденного стола, Цедрику показалось, что они шли целую вечность.
С каждым шагом он чувствовал на плече все большую тяжесть, его лицо становилось все краснее и разгоряченнее, в дыхание -- короче. Но он и не думал сдаваться. Он напрягал свои детские мускулы, прямо держал голову и даже подбадривал прихрамывавшего графа.
-- Что, нога причиняет вам сильную боль, когда вы становитесь на нее? -- спросил он. -- Пробовали ли вы ставить ее в горячую воду с горчицей? Мистер Гоббс всегда так делает, когда у него болит нога. Говорят также, что арника тоже хорошее средство.
Огромная собака тихо ступала за ними. Шествие замыкал лакей; лицо его не раз выражало изумление, когда он посматривал на маленькую фигурку, напрягающую все свои силы и с таким удовольствием поддерживающую свою ношу. Граф тоже не без удовольствия взглядывал сбоку на раскрасневшееся личико.