Фаунтлерой подошел.
-- Я никогда не отлучался из дому, -- проговорил он тихо, с грустным взглядом своих темных глаз. -- Всякому странно чувствовать себя ночью в чужом замке, а не у себя дома. Но Милочка не очень далеко от меня. Она велела не забывать этого... и притом мне уже семь лет... и я могу смотреть на ее портрет, который она мне дала. -- Он сунул руку в карман и вынул маленький фиолетовый бархатный футляр.
-- Вот он, -- сказал Цедрик. -- Видите, надо нажать пружину, и это открывается, и она здесь внутри. -- Он подошел вплотную к графу и, опершись о ручку его кресла, с детской доверчивостью склонился к его руке.
-- Вот она, -- произнес он, открыв футляр и с улыбкой смотря на портрет.
Старик сдвинул брови. Он не хотел даже смотреть, но все-таки невольно взглянул на портрет: на него смотрело прелестное, юное личико, до того похожее на мальчика, стоявшего рядом с ним, что граф вздрогнул.
-- Ты ее очень любишь? -- спросил он.
-- Да, очень, -- откровенно сознался мальчик. -- Видите ли, мистер Гоббс -- мой большой друг. Дик, Бриджет, Мэри и Микель тоже мои друзья, но Милочка -- Милочка самый близкий мой друг. Мы всегда все рассказываем друг другу. Мой папа оставил ее мне, чтобы я о ней заботился, и когда я стану большим, я буду работать для нее.
-- Кем же ты думаешь сделаться? -- спросил дед.
Маленький лорд сел на ковер и серьезно задумался,
не выпуская портрета из рук.