-- Что вы говорите? Вы с ума сошли! Это ложь! -- закричал он.
-- Если это ложь, -- ответил мистер Хевишэм, -- то она чертовски похожа на правду. Дело в том, что сегодня ко мне явилась женщина и сказала, что сын ваш Бэвис женился на ней шесть лет тому назад в Лондоне. Она показала мне свое брачное свидетельство. Но почему-то они разошлись через год после свадьбы. Муж выдавал ей известную сумму денег. У нее пятилетний сын. Сама она американка, по-видимому, из простонародья, к тому же совершенно необразованна. До самого последнего времени она как следует не понимала, какие права у ее сына. Она посоветовалась с адвокатом и узнала от него, что мальчик -- действительно законный наследник графа Доринкорта; конечно, теперь она настаивает на признании его прав.
При этих словах кудрявая головка мальчика зашевелилась, он слегка и протяжно вздохнул, повернул свое розовое личико так спокойно, как будто известие о том, что он никогда не будет графом Доринкортом, не имело для него никакого значения.
Красивое суровое лицо старого графа было очень мрачно, и горькая улыбка появилась на нем.
-- Я не поверил бы ни одному слову, -- сказал он, -- если б во всей этой грязной истории не было замешано имя моего сына Бэвиса -- человека совершенно безнравственного, слабохарактерного, вероломного и с грубыми вкусами. Во всяком случае, это очень похоже на него! Итак, вы говорите, что эта женщина совершенно необразованная и вульгарная особа?
-- Да, я даже полагаю, что она едва может подписать свое имя, -- отвечал адвокат. -- Это совершенно невежественная, грубая и корыстолюбивая женщина. Она думает только о деньгах. Она очень красива, но слишком вульгарна...
Старый адвокат замолк и брезгливо передернул плечами. Жилы на лбу старого графа налились кровью, лицо покрылось каплями холодного пота; он вынул платок и вытер лоб, горькая улыбка скривила его губы.
-- А я, -- сказал он, -- я не хотел принять другую женщину -- мать этого ребенка, -- он указал на спящего мальчика. -- А она ведь умеет подписать свое имя. Я думаю, это возмездие...
Вдруг он вскочил и начал ходить взад и вперед по комнате. Гневные слова, полные горького разочарования, срывались с его губ. Им овладело такое бешенство, что было жутко смотреть на него. Но мистер Хевишэм заметил, что даже в самом сильном порыве гнева он не забывал о маленьком мальчике, спящем на атласных подушках, и все время старался не кричать слишком громко, чтобы не разбудить его.
-- Мне бы следовало ожидать этого, -- говорил он. -- Они меня позорили со дня своего рождения. Я ненавидел их обоих, и они платили мне тем же. Бэвис был худший из двух. Но я все еще не хочу этому верить! Я буду бороться до конца. Но это похоже на Бэвиса! Похоже на него!..