-- Мне, пожалуй, придется устроить припадок, -- с сожалением сказал Колин. -- А мне не хочется, и я вовсе не такой несчастный теперь, чтобы довести себя до настоящего припадка. Может быть, у меня их уже совсем не будет... у меня в горле уже больше не подымается ком, и думаю я все про хорошее, а не про страшное... Но если они опять скажут, что хотят написать отцу, то надо будет что-нибудь сделать...
Он решил есть поменьше, но, к сожалению, эту блестящую мысль нелегко было привести в исполнение, когда он каждое утро просыпался с таким удивительным аппетитом, а на столе возле дивана стоял завтрак из свежего масла, домашнего хлеба, яиц, варенья и взбитых сливок. Мери всегда завтракала с ним, и когда они усаживались за стол, они с отчаянием взглядывали друг на друга.
Кончалось тем, что Колин обыкновенно говорил:
-- Я думаю, сегодня утром придется съесть все, Мери. Мы можем отослать что-нибудь за обедом... и почти весь ужин.
Но потом оказывалось, что они ничего не отсылали обратно, кроме пустых тарелок.
-- Отчего они не режут окорок более толстыми ломтиками? -- замечал Колин. -- И по одной бутылке на каждого -- мало.
-- Этого, пожалуй, довольно для человека, который собирается умирать, -- ответила Мери, когда впервые услышала это, -- но не довольно для человека, который собирается жить... Я бы иногда съела даже три...
...На следующее утро после того, как они пробыли в саду часа два, Дикон вдруг зашел за розовый куст и вытащил два жестяных ведерка: в одном было густое парное молоко, а в другом -- домашние лепешки с изюмом, завернутые в чистую салфетку и еще горячие. Последовал взрыв шумного и веселого удивления. Как хорошо, что м-с Соуэрби подумала об этом! Какая она, должно быть, умная и добрая!
-- Она волшебница, так же, как Дикон, -- сказал Колин. -- Оттого она все думает, как бы сделать что-нибудь... хорошее. Скажи ей, Дикон, что мы чрезвычайно благодарны...
Он иногда употреблял такие фразы, как взрослый человек, и ему это очень нравилось. Вот и сейчас ему так понравилось, что он добавил: "Скажи ей, что она очень щедра и что наша признательность безгранична"