-- Вообще это не хорошо. Нѣтъ, я не хочу портить сегодняшняго дня. Эта мысль слишкомъ свѣтская и вашингтонская. Я ее приберегу на зиму.
-- Бросьте ее лучше; она несправедлива и вы въ нее не вѣрите.
-- Она безопаснѣе.
-- Берта, произнесъ онъ послѣ минутнаго молчанія:-- на меня находятъ минуты, когда я ненавижу человѣка, который васъ научилъ этимъ мыслямъ.
-- Лорэнса Арбутнота, отвѣчала она, не обнаруживая никакого удивленія: -- я сама ненавижу его, но только на минуту, когда онъ мнѣ говоритъ правду, ужасную, смертельную правду. Но я не хочу объ этомъ думать. Будемъ счастливы. Я хочу быть счастливой. Джени лучше, я объ ней не безпокоюсь, погода чудесная, и я надѣла ради этого свое любимое платье. Посмотрите на колоритъ вонъ тѣхъ горъ, послушайте, какъ воркуютъ голубки на деревьяхъ. Какъ тепло и хорошо. Все-таки жить пріятно!
И она запѣла веселый романсъ, но послѣ второго куплета остановилась и посмотрѣла съ улыбкой на Треденниса.
-- Ну, теперь ваша очередь, сказала она:-- говорите что-нибудь. Разскажите мнѣ о вашей жизни на Западѣ, что вы дѣлали въ первый годъ, и начните съ того дня, какъ я съ вами простилась изъ окна кареты.
-- Это будетъ не интересная исторія.
-- Для меня очень интересная. Я люблю разсказы объ индѣйцахъ. Но вы, кажется, вели жизнь очень одинокую?
-- Да.