-- Ну, ну, отвѣчала она дрожащимъ голосомъ и поспѣшно встала: -- я напрасно пришла; я очень устала и мнѣ лучше уйти.
Но Агнеса подошла къ ней и положила руку ей на плечо.
-- Нѣтъ, вы хорошо сдѣлали, что пришли, здѣсь ваше мѣсто, промолвила она съ глубокимъ чувствомъ.
Она посадила ее на кушетку и держала за обѣ руки.
-- Неужели вы думаете, что я васъ отпущу, прежде чѣмъ вы все мнѣ не разскажете? продолжала она: -- я видѣла, что вы страдаете. И если я начала говорить о своихъ страданіяхъ, то лишь потому, что хотѣла навести васъ на откровенность. Скажите мнѣ все. Какія могутъ быть тайны между двумя женщинами, которыя страдали и искренно преданы другъ другу?
Берта выскользнула изъ ея рукъ и, упавъ на колѣни, закрыла лицо руками.
-- Агнеса, промолвила она едва слышно:-- я не думала объ этомъ... я не знаю, какъ это случилось. Я не хотѣла никому открывать этого. Но я потеряла всякую силу воли, и говорю, когда хочу молчать. Не смотрите на меня. Я не знаю, что это значитъ. Вся моя жизнь была иная, и это на меня не походитъ. Я не вѣрила, что это дѣйствительно случилось. Это иллюзія, это сонъ, это болѣзнь. И, однако, оно продолжается... И для меня оно страшнѣе, чѣмъ для всякаго другого. Это несправедливо. Я для этого не готова. Я ничего не понимаю. Но пока оно продолжается...
Она умолкла и закрыла лицо руками.
-- А вы думаете, что оно пройдетъ?
-- Пройдетъ! Сколько разъ я говорила себѣ, что оно должно пройти, что это пустая сентиментальность, униженіе. Да, оно должно пройти, но оно не проходитъ, не проходитъ. И мнѣ, по временамъ, кажется, что оно не можетъ пройти, и я схожу съ ума, но...