-- Онъ, повидимому, очень усталъ, сказала Берта, обращаясь къ извѣстному журналисту, стоявшему подлѣ нея:-- хотя это неблагоразумно съ его стороны. Ему въ сущности нечего дѣлать; онъ долженъ только удовлетворять требованіямъ двухъ политическихъ партій, которыя ненавидятъ другъ друга, и исправить всѣ ошибки, сдѣланныя его предшественниками въ теченіи десятковъ лѣтъ. Ему даютъ на это четыре года, и всѣ готовы ему помогать совѣтами. Желала бы я знать, какъ президенту нравится его положеніе, и вполнѣ ли онъ съ нимъ освоился. Еслибъ онъ былъ король, онъ могъ бы надѣвать и снимать свою корону, и, такимъ образомъ, убѣдиться, что онъ дѣйствительно глава народа, а теперь, я думаю, онъ самъ не вѣритъ, что стоитъ такъ высоко; на головѣ у него простой цилиндръ, онъ не можетъ никого арестовать, да и не имѣетъ даже тюрьмы въ своемъ распоряженіи. Я увѣрена, что ему совѣстно явиться въ публикѣ, тѣмъ болѣе, что онъ всегда долженъ помнить о томъ роковомъ днѣ, когда онъ станетъ простымъ гражданиномъ и всѣ будутъ презирать его или издѣваться надъ нимъ. Онъ повезетъ въ Капитоліи торжественную колесницу новаго президента, и дни его величія покажутся ему сномъ, а, пожалуй, онъ будетъ очень радъ проснуться отъ такого кошмара.

-- Съ нимъ вошелъ Пленфильдъ, замѣтилъ журналистъ:-- онъ, конечно, согласился бы съ удовольствіемъ перенести такой кошмаръ.

-- Онъ будетъ согласенъ на обѣдъ, который производитъ этотъ кошмаръ, сказала Берта:-- вашъ политическій menu трудно переваримъ, и я слышала, что повара въ Капитоліи перекладываютъ черезчуръ перцу.

-- Пленфильдъ все переваритъ, отвѣчалъ журналистъ:-- онъ согласился бы нетолько на такой обѣдъ, но попросилъ бы его вторично въ видѣ ужина, только бы увидать этотъ кошмаръ.

-- А развѣ есть вѣроятія, что онъ его увидитъ? спросила Берта:-- въ такомъ случаѣ надо съ нимъ быть очень любезной. Я уже чувствую какое-то безпокойное желаніе ухаживать за нимъ и плѣнять его улыбками; но бѣда, если я даромъ потрачу свои силы, и онъ только будетъ нездоровъ отъ тяжелаго обѣда, не увидавъ кошмара.

Эти слова услышалъ Треденнисъ, приблизившійся къ Бертѣ съ профессоромъ, и сердце его болѣзненно забилось.

Вскорѣ къ нимъ присоединился сенаторъ Пленфильдъ и тотчасъ сталъ въ блестящей группѣ преобладающимъ элементомъ. Берта протянула ему руку съ самой обворожительной улыбкой; ея обращеніе съ нимъ было такъ любезно и увлекательно, что онъ потерялъ голову и не зналъ, чѣмъ это объяснить. Онъ не могъ не сознаться, что она не всегда была такъ мила съ нимъ и, напротивъ, часто наносила его самолюбію такія раны, что онъ удалился бы съ арены, еслибъ не обладалъ мѣднымъ лбомъ. Не разъ среди восторженнаго поклоненія ея уму и свѣтскому блеску, онъ ощущалъ безпокойное чувство недовѣрія къ ней и къ себѣ Особенно одинъ невинный, искренній взглядъ, который умѣли бросать ея выразительныя глаза, приводилъ его въ тупикъ.

-- Она просто чертенокъ, сказалъ онъ одному изъ своихъ пріятелей въ минуту гнѣва:-- она ничего не боится и говоритъ все, что приходитъ ей въ голову, самымъ мягкимъ, нѣжнымъ голосомъ и при этомъ смотритъ вамъ прямо въ глаза, какъ ребенокъ. Потомъ, припоминая ея слова, вы должны сознаться, что въ нихъ нѣтъ ничего обиднаго, но въ ту минуту, когда она говорила, они пронзали ваше сердце, какъ кинжаломъ. Она на взглядъ кажется ребенкомъ, школьницей, а въ сущности, чортъ знаетъ что такое.

Въ этотъ вечеръ она не казалась ребенкомъ, такъ она была блестяща и обворожительна; Пленфильду не было на что жаловаться, напротивъ, онъ сіялъ счастіемъ. Она позволила ему сѣсть рядомъ съ нею, охотно съ нимъ разговаривала и громко смѣялась всѣмъ его шуткамъ. Быть можетъ, поэтому она ему и показалась прелестнѣе, чѣмъ когда-либо. Онъ прямо это высказалъ вполголоса, и она его не срѣзала по обыкновенію, а промолчала, слегка покраснѣвъ и опустивъ голову. Онъ также молчалъ нѣсколько секундъ, не вѣря своимъ глазамъ.

Треденнисъ видѣлъ издали эту сцену, а также представленіе Берты президенту, который давно хотѣлъ съ ней познакомиться, и потомъ, послѣ непродолжительнаго съ нею разговора, выразился о ней очень лестно. Не успѣла Берта ему откланяться, какъ Треденнисъ услышалъ ея имя въ небольшой группѣ, состоявшей изъ одного мужчины и двухъ женщинъ. Онъ навострилъ уши.