Блондель вынулъ одну руку изъ кармана и провелъ ею по волосамъ.
-- Зайдите ко мнѣ послѣ завтра, сказалъ онъ.
-- Но, воскликнулъ Ричардъ въ отчаяніи:-- мы...
-- Знаю, знаю, перебилъ его Блондель, снова засовывая руку въ карманъ:-- вы не можете терять время и хотите быть вполнѣ увѣреннымъ въ успѣхѣ. Но я также хочу быть вполнѣ увѣреннымъ въ справедливости и законности вашего дѣла. Повторяю, это дѣло крупное, и я не могу сразу взять на себя такой тяжелой отвѣтственности. Я никогда не рискую своимъ голосомъ. Я ни мало не хочу этимъ сказать, чтобъ вы желали меня обойти, но вы аматеръ и можете многое не доглядѣть. До свиданія, мы еще съ вами увидимся.
Въ качествѣ аматера, Ричардъ не могъ быть докучливымъ, хотя ему очень хотѣлось покончить дѣло разомъ. Многое могло случиться въ теченіи двухъ дней; отсрочка была теперь опаснѣе всего. Притомъ онъ не сдѣлалъ ни шага впередъ и не зналъ, какъ смотритъ на дѣло Блондель, или съ какой стороны къ нему подойти. Онъ удалился ни съ чѣмъ, не унося съ собою даже убѣжденія, что его ловкая, смѣлая тактика расположила Блонделя къ его предпріятію.
-- Онъ очень остороженъ, думалъ Ричардъ, внѣ себя отъ гнѣва и разочарованія:-- проклятое дѣло! Сколько оно мнѣ стоитъ мученій!
Однако, ему надо было продолжать однажды начатое дѣло и послѣ долгихъ странствій по Капитолію въ поискахъ за вліятельными лицами, которыя скрывались отъ него, какъ свѣтляки ночью, онъ вернулся къ своей каретѣ, утомленный, убитый физически и нравственно. Онъ вынужденъ былъ разъигрывать роль просителя, посылать свою карточку и дожидаться, пока его примутъ, имѣть дѣло съ людьми, любезными на словахъ и положительно грубыми, равнодушными и прямо враждебными. Если одно изъ лицъ, къ которымъ онъ обращался, выслушивало его сочувственно, то десять отворачивалось отъ него съ замѣтнымъ неудовольствіемъ и спѣшило отъ него отдѣлаться.
Все это привело его въ отчаяніе, и онъ съ горя поѣхалъ къ миссъ Варіенъ, которая всегда умѣла развеселить его.
Онъ засталъ ее въ будуарѣ и излилъ передъ нею, на сколько это было возможно, всѣ свои огорченія.
-- Ничего нельзя сдѣлать безъ денегъ; это позоръ! воскликнулъ онъ въ заключеніе своей краснорѣчивой іереміады.