Ландграфиня, какъ уже это выше было сказано, хворала въ Петербургѣ. Она страдала удушьемъ, одышкой. Самое путешествіе въ Россію, утомленіе, происшедшее отъ чрезвычайныхъ усилій при безпрестанной представительности въ бытность ея при нашемъ дворѣ, сильныя ощущенія при разлукѣ съ дочерью, особенно же дурное время года при возвращеніи сухимъ путемъ въ Дармштадтъ, имѣли пагубное вліяніе на здоровье ландграфини. Она прострадала всю зиму въ своей резиденціи, и 28го февраія 1774 года, уже въ послѣдній разъ, адресовала Ассебургу слѣдующія задушевныя и остроумныя строки:
"Mes oppressions deviennent plus fortes, et la faiblesse augmente' le ne puis traverser une chambre sans être essoufflée; mes maux sont trop compliqués pour que j'espère être guérie; mais ayant plus d'un médecin, je mowvais selon toutes les règles de Part. Je cache le danger, où je suis, à ma fidèle amie, M-me de Kamecke; il lui en coûterait de perdre une amie de 40 aimées. Je ne vous dirais pas, M-r, que je prévois ma tin avec plaisir,-- non, pas du tout; je n'ai rien, qui doive me la faire désirer; mais, s'il faut mourir, mon parti est pris là dessus, et je suis bien plus tranquille que je ne l'aurais été il y a un an." {"Я начинаю сильнѣе задыхаться и слабость увеличивается; не могу пройти чрезъ комнату чтобы не запыхаться; недуги мои слишкомъ сложны чтобъ я могла надѣяться быть вылѣченною; по такъ какъ за мною ходитъ нѣсколько докторовъ, то я отправлюсь на тотъ свѣтъ по всѣмъ правиламъ пауки. Скрываю опасность своего положенія отъ вѣрнаго друга моего, г-Жи Камеке; ей тяжело будетъ лишиться меня послѣ 40ка-лѣтней нашей дружбы. Не скажу вамъ, м. г., что предвижу свою кончину съ радостью; далеко не такъ, и нѣтъ ничего такого что могло бы меня заставить желать смерти; но ужь если нужно умирать, то я рѣшилась объ этомъ не тужить и чувствую себя гораздо спокойнѣе въ этомъ отношеніи чѣмъ еслибъ это случилось тому годъ назадъ."}
Послѣднія строки, конечно, заключаютъ намекъ на то что ландграфинѣ было бы гораздо тяжелѣе умереть до поѣздки въ Россію и до бракосочетанія великой княгини Натальи Алексѣевны.
Ландграфиню еще посѣтила въ Дармштадтѣ ея престарѣлая мать, принцесса Нвейбрюккенъ, рожденная Нассау-Саарбрюккъ, которая тамъ внезапно скончалась 25го марта. А 30го числа того же мѣсяца умерла и сама ландграфиня Каролина. {Она скончалась, какъ говоритъ Фезе, на стр. 882 своего V тома, 53 лѣтъ, что совершенно согласно съ письмомъ ея къ Фридриху Великому отъ 9го апрѣля 1773, изъ Дармштадта (ср. Русск. Вѣстн. 1870, No 9, стр. 106). Слѣдовательно у Ассебурга, на стр. 269, ошибочно сказано будто она умерла 46 лѣтъ отъ роду.} Согласно ея желанію, тѣло ея погребено было не въ усыпальницѣ владѣтельнаго дома, а въ одномъ изъ боскетовъ ея сада. Фридрихъ Великій прислалъ для гробницы ея урну изъ каррарскаго мрамора, съ надписью: Femina sexn, ingenio vir.
V.
Досуги Екатерины посвященные, во время Пугачевщины, Гримму, Дидро и Вольтеру.-- Супружеская жизнь цесаревича и совѣты данные цесаревнѣ.-- Депеши иностранныхъ дипломатовъ.-- Цѣлый рядъ обманутыхъ надеждъ и ожиданій.-- Смерть великой княгини.-- Признаніе сдѣланное ею.-- Оправдательный вопль Ассебурга -- Отзывы Корберона и Гарриса.-- Принцъ Генрихъ Прусскій и вторичное бракосочетаніе великаго кяязя.
Да, управлять подчасъ бывало не легко;
Но всюду, дома ли, въ Варшавѣ, въ Византіи,
Я помнила лишь выгоды Россіи
И знамя то держала высоко....