Вотъ еще нѣсколько любопытныхъ подробностей относящихся до этой поѣздки. Какъ и въ послѣдствіи это замѣтилъ Димсдаль (записка его, стр. 321), императрица тщательно соблюдала обряды православной церкви: каждое воскресенье, гдѣ бы только ни было, въ Ревелѣ, въ Ригѣ, въ Дерптѣ или въ Пернавѣ, она слушала литургію въ соборѣ, или хоть въ гарнизонной церкви; при торжественныхъ пріемахъ, православное духовенство всегда имѣло шагъ предъ всѣми мѣстными сословными депутаціями, и на привѣтственныя рѣчи, произносимыя на нѣмецкомъ языкѣ, князь Г. Г. Орловъ отвѣчалъ, отъ имени императрицы, по-русски. Войсками, расположенными въ Лифляндіи и Эстляндіи, командовали Румянцевъ, Чернышовъ, Бутурлинъ и Ушаковъ; Екатерина II, на конѣ и въ мундирѣ лейбъ-гвардіи Коннаго полка, присутствовала при маневрахъ (большею частію вечеромъ, вѣроятно по причинѣ лѣтнихъ жаровъ, и часто послѣ баловъ, оканчивавшихся то въ 6, то въ 8 часовъ); однажды даже ужинала въ лагерѣ близь Екатеринталя; а въ Балтійскомъ Портѣ, когда она взошла на яхту чтобы произвести смотръ флоту, первый разъ послѣ кончины Петра Великаго поднята быль на русскомъ кораблѣ императорскій штандартъ!... {Колотовъ, ч. I, стр. 92--134. Порешинъ также говоритъ что въ 1764 и 1765 гг. Екатерина II часто надѣвала гвардейскій мундиръ.}
Извѣстна удивительная способность какую имѣла Екатерина II внушать восторгъ, привлекать и располагать къ себѣ населенія. Когда Биронъ, по причинѣ глубокой старости, отрекся отъ управленія герцогствомъ Курляндскимъ, предоставивъ оное старшему сыну своему Петру (24го ноября 1769 г.), {Мы уже имѣли случаи сослаться въ статьѣ нашей, подъ заглавіемъ: Смольный монастырь, напечатанной въ Сѣверной Почтѣ 31 то декабря 1868 г., No 279, на бумаги оставшіяся послѣ секретаря Бирона, г. фонъ-Гётца, изъ которыхъ видно что, какъ всѣ малообразованные люди того времени, герцогъ былъ крайне суевѣренъ а между прочимъ придавалъ особенное значеніе цифрѣ 2 во всѣхъ счастливыхъ и несчастливыхъ событіяхъ своей жизни. Дѣйствительно, онъ женился въ 1722 году; дѣти его родились: старшій сынъ въ 1724 году, дочь 23го іюня 1727 года, младшій сынъ въ 1728 году; при Аннѣ Іоанновнѣ Биронъ находился безотлучно 22 года; арестованъ 29го ноября 1740 года; регентство его продолжалось 22 дня, а ссылка 22 года; 20 декабря 1741 года получилъ извѣстіе объ освобожденіи своемъ изъ Пелыма, а 27го февраля 1742 года отправленъ оттуда въ Ярославль; онъ вызвавъ былъ изъ ссылки въ 1762 году, отрекся отъ Курляндскаго престола 24го ноября 1769 года, и умеръ 28го декабря н. ст. 1772 года 82 лѣтъ отъ роду. Замѣтимъ еще что когда императрица Анна Іоанновна пожаловала Барона въ оберъ-камергеры, то германо-римскій императоръ прислалъ ему оной портретъ, осыпанный брилліантами, цѣною во 125.000 франковъ, и дипломъ на графское достоинство. (La cour de Russie il y a cent ans, 1725--1783, Extrait des dépêches des Ambassadeurs de France et d'Angleterre, Paris, 1858.)} Екатерина II такъ повела дѣло что сумѣла присоединить къ Россіи Курляндію (1795 г.) и ввести какъ тамъ, такъ и въ Лифляндіи и Эстлявдіи, Учрежденіе о губерніяхъ и Городовое Положеніе, но потомъ это распоряженіе было отмѣнено императоромъ Павломъ, въ балтійскихъ провинціяхъ возстановлены средневѣковыя привилегіи, {Записка о министерствахъ и о губерніяхъ на особыхъ правахъ состоящихъ, Д. П. Трощинскаго, министра юстиціи при императорѣ Александрѣ I, изданная А. И. Поповымъ, см. Сборн. Русск. Истор. Общ., т. III, С.-Петербургъ, 1868 года.} и тѣмъ отсрочено на неопредѣленное время обрусеніе этого края.
Отреченіе послѣдняго герцога Курляндскаго, Петра Барона, было въ связи съ третьимъ раздѣломъ Польши и весьма незадолго ему предшествовало. Герцогъ, на аудіенціи данной ему Екатериною II 12го февраля 1795 года, торжественно отвергнулъ зависимость отъ короля Польскаго; вслѣдъ затѣмъ уполномоченные отъ земскаго сейма Курляндіи поднесли акты о вступленіи ея въ подданство Россіи, и 15го апрѣля состоялся о семъ манифестъ, { П. С. З., т. XXIII, No 17.919; тутъ же приложены и самые акты на двадцати страницахъ.} а 2го іюня подписана декларація, на основаніи которой герцогъ Петръ Бирокъ получилъ слишкомъ два милл. талеровъ въ вознагражденіе за свои ленныя имѣнія и пенсію во 100.000 талеровъ, но съ обязанностію платить ежегодно: брату своему принцу Петру по 6.000 талеровъ, супругѣ его 2.000 талеровъ, дѣтямъ ихъ всѣмъ вмѣстѣ 24.000 талеровъ, и наконецъ сестрѣ своей, баронессѣ Черкасовой, по 10.000 талеровъ. {Тамъ же No 17.341.} Возвратясь послѣ сего въ Митаву, герцогъ распустилъ свою гвардію и отправился въ Саганъ, помѣстье, купленное имъ еще за девять лѣтъ предъ тѣмъ въ Силезіи (1786 г.). Между тѣмъ генералъ-поручикъ баронъ Петръ Алексѣевичъ Паленъ {Въ на слѣдствіи с.-петербургскій военный генералъ-губернаторъ и графъ. Ср. Росск. Родосл. книгу, С.-Петербургъ 1866 г., ч. II., стр. 216.} вступилъ въ управленіе новою губерніей съ званіемъ генералъ-губернатора и привелъ жителей къ присягѣ Екатеринѣ II и ея преемникамъ. Послѣ того назначенъ былъ туда гражданскимъ губернаторомъ тамошній уроакеяецъ, тайный совѣтникъ М. И. фонъ-Ламздорфъ (въ послѣдствіи генералъ отъ инфантеріи и графъ), и когда въ Митаву прибылъ Павелъ I, то онъ представилъ ему указъ сената, которымъ постановлено было ввести въ Курляндіи сборъ нѣкоторыхъ пошлинъ, объясняя что это нововведеніе несогласно съ тѣмъ чѣмъ страна была обнадежена при присоединеніи своемъ къ Россіи. Императоръ на этомъ же указѣ написалъ: "Не брать", и отослалъ его въ сенатъ. Это чуть ли не единственный примѣръ сенатскаго указа, возвращеннаго обратно съ такою высочайшею резолюціей.
Полагаемъ что здѣсь нелишне будетъ сообщить нѣсколько не всѣмъ извѣстныхъ свѣдѣній о Биронахъ, тѣмъ болѣе что о нихъ иногда упоминается въ перепискѣ которую Екатерина II вела въ 1773 г. съ барономъ Черкасовымъ.
Какъ мы уже имѣли случай замѣтить въ 111 главѣ, орѳографія этой фамиліи претерпѣла слѣдующіе варіанты: Biren, Bieren, Biring, Biering, Büring, Büren, Bühren. Это видно изъ статей помѣщенныхъ въ дерптской газетѣ Inland, 1847 года, 14го апрѣля, No 15, Notizen zur Genealogie des Herzoglich Bironechen Hauses; 1848 г., въ прибавленіи къ No 48, 29го ноября, подъ заглавіемъ: Das Adels-Diplom der Familie, später Biron genannt, съ приложеніемъ весьма подробной родословной; а въ статьѣ той же газеты 1849 года, 4-го апрѣля, No 14 Noch ein Wort über die Bühren, сказано, со ссылкой на документъ 1712 года, хранящійся въ Митавѣ, въ герцогскомъ архивѣ, что еще Карлъ Бюренъ, отецъ Эрнеста-Іоганна, началъ писаться Бирономъ, подобно многимъ родственникамъ своимъ, служившимъ въ концѣ XVII столѣтія въ Польшѣ и въ Пруссіи. По сохранившимся въ государственномъ архивѣ письмамъ жены Карла Бирона, Гедвиги-Екатерины, видно что и она подписывалась von Biron.
Что же касается собственно до Эрнеста-Іоганна Бирона, то онъ подъ этимъ именемъ принятъ въ лифляндское дворянство; подъ нимъ же онъ, а потомъ старшій сынъ его Петръ, были герцогами курляндскими; оба они, равно какъ и братья. Эрнеста-Іоганна, а въ послѣдствіи одинъ изъ его внуковъ состояли подъ тѣмъ же именемъ въ русской службѣ". {И. Н. Анненкова, Исторія лейб-гвардіи Коннаго полка, С.-Петербургъ, 1869 года, т. IV, въ спискѣ офицеровъ сего полка, на стр. 18, Карлъ-Магнусъ фонъ-Баронъ (братъ Эрнеста-Іоганна), на стр. 19, сынъ его, наслѣдный принцъ Петръ фонъ-Биронъ, и на стр. 148, принцъ Петръ Карловичъ Биронъ (племянникъ послѣдняго, внукъ Эрнеста-Іоганна).} Наконецъ Манштейнъ, который, какъ адъютантъ Миниха, былъ врагъ регента и самъ арестовалъ его, только однажды, въ запискахъ своихъ (Mémoires sur la, Lyon, 1772), называетъ его M-r Bieren (часть I, стр. 70); въ послѣдствіи же постоянно именуетъ его и братьевъ его Биронами. Такъ они и значатся въ алфавитномъ указателѣ къ этой книгѣ, и въ немъ фамиліи Bieren вовсе не встрѣчается. Вообще же, въ чужихъ краяхъ, никто не оспариваетъ фамиліи Биронъ у потомковъ Эрнеста-Іоганна. Отъ такой орѳографіи, исторически и офиціально вѣрной, никогда не отступаютъ Almanach, de Gotha и иныя подобныя изданія, составляющія авторитетъ въ генеалогическомъ отношеніи; П. И. Бартеневъ и П. П. Пекарскій также придерживаются ея въ своихъ историческихъ изданіяхъ (см. Осьмнадцатый Вѣкъ, т. I). Вслѣдствіе всѣхъ этихъ соображеній мы отдаемъ ей предпочтеніе предъ орѳографіей Биренъ, введенною авторомъ Россійской родословной книги. Что касается до одноименныхъ съ Биронами французскихъ герцоговъ, то всѣ знаютъ что между курляндскими Биронами (Biron Courlande) и французскими, герцогами Гонто де-Биронъ (Gontaut de-Biron) никакого родства быть не могло, и что, вообще, даже лица носящія одну и ту же фамилію могутъ-быть совершенно различнаго происхожденія. Извѣстно что когда Эрнестъ-Іоганнъ вздумалъ навязываться въ родство маршалу Гонто де-Биронъ, то этотъ на одно изъ его писемъ столь же учтиво, какъ и уклончиво отвѣчалъ, что хотя никакъ не можетъ доискаться родства съ нимъ, однакоже считаетъ великою честью для своего дома заявленіе желанія состоять съ нимъ въ родствѣ со стороны особы занимающей столь высокія должности въ государствѣ состоящемъ въ дружескихъ отношеніяхъ съ Франціей.
Свѣдѣнія приведенной нами дерптской газеты основаны отчасти на офиціальныхъ данныхъ и, за немногими исключеніями, не могутъ быть заподозрѣны въ пристрастіи, а потому, дорожа прежде всего историческою истиной, представляемъ изъ нихъ краткое извлеченіе.
Первая изъ этихъ статей (Das Adels Diplom и пр.) выражаетъ предположеніе что Бироны происходятъ изъ крестьянскаго званія; документальныя же извѣстія начинаются въ ней съ 1573 года, то-есть съ пращура Эрнеста Іоганна, герцогскаго лѣсничаго, Карла Бюрена.
Вторая (Noch ein Wort и пр.) возражаетъ на, нее, ссылаясь на документъ 1564 года (то-есть девятью годами старѣе предшествующей) и приходитъ къ заключенію будто Бироны ведутъ начало свое изъ Вестфаліи и въ этомъ году уже пользовались въ Курляндіи правами иностранныхъ дворянъ.
Объясняя что употребленіе частички фонъ не всегда доказываетъ дворянское происхожденіе, и что курляндское рыцарство постоянно отказывалось вписать Бироновъ въ свой матрикулъ, авторъ первой статьи полагаетъ что предки ихъ не были пришельцами въ Курляндіи, но туземцами, и что они жили въ деревнѣ Кальнцеемъ, принадлежавшей сперва ордену Меченосцевъ, а потомъ обращенной въ герцогское ленное имѣніе. Онъ основываетъ такую на томъ что принадлежавшая имъ въ этой деревнѣ мыза долго носила наименованіе Барингъ, а находящаяся въ Кальнцеемѣ корчма до сихъ поръ называется Biring-Krug. За симъ, ссылаясь на приложенную къ этой статьѣ родословную, авторъ говоритъ что вышеупомянутому Карлу Бюрену въ 1585 г. герцогъ Готгардъ пожаловалъ хуторъ Димзе (ein Gesinde, ein Stück Landes) въ пожизненное его а дѣтей его владѣніе (Besitz). Ею владѣлъ Іоганнъ-Бюренъ, прадѣдъ Эрнеста-Іоганна; а о дѣдѣ его, Карлѣ, сказано что герцогъ курляндскій Фридрихъ, въ 1640 г., утвердилъ за немъ владѣніе тою же дачей (Gütchen); объ отцѣ же его, также Карлѣ, что онъ былъ корнетомъ польской арміи и арендаторомъ (Pfandherr) въ Кальнцеемѣ, причемъ управлялъ всею этою герцогскою маетностью. Двоюродный дядя его, Матвѣй (Mathias) фонъ-Бюренъ, отличившійся при взятіи замка Добленъ, получилъ въ 1638 г. отъ послѣдняго Польскаго короля изъ рода Ваза, Владислава IV, возобновленный (erneuerte) латинскій дипломъ на дворянское (польское) достоинство. Но дипломъ этотъ самаго подозрительнаго свойства. Въ немъ оказано что Борену (Büeren) жалуется гербъ съ изображеніемъ въ бѣломъ полѣ черной птицы, называющейся,-- а какъ? не упомянуто,-- сидящей на деревѣ и держащей три жолудя въ клювѣ (атеш nigram, пробѣлъ, dictam). Между тѣмъ Бюрены имѣли въ гербѣ своемъ ворона съ дубовыми вѣтвями въ клювѣ, въ красномъ полѣ. Этотъ же гербъ сохранили они и по возведеніи ихъ въ графское достоинство. Изъ той же статьи видно что Эрнестъ-Іоганнъ бѣжалъ изъ Кенигсберга, послѣ поединка съ немъ. Мнѣніе же Крузе (Geschichte Kurlands unter den Herzogen) и иныхъ писателей будто предки его занимали низкія служительскія должности, авторъ положительно отрицаетъ, какъ никогда никѣмъ недоказанное.