Отъ пребыванія герцогскаго семейства въ Ярославлѣ сохранилась у Александры Николаевны Шубиной, живущей въ имѣніи своемъ, во Владимірской губерніи, цѣлая коллекція собственноручныхъ писемъ герцогини къ г-жѣ Шубиной, супругѣ одного изъ воеводъ перебывавшихъ въ тѣ годы въ Ярославлѣ. Вотъ для образчика, одна изъ этихъ записочекъ, съ орфографіей подлинника:
"Светъ мой Акулина Максимовна,
"Я очинь обрадовалась что я васъ на прабоини выдала (видѣла) жалая что бы вы все въ добромъ здарове приехали а я у Анни Никитиши была.
"Балшой мой Принцъ на отъежемъ поле поехалъ у меня некаво дома нетъ отъ маіихъ людей каво бы я могла, квамъ прислать то исволите етотъ Compliment писменна принять и Івану Алексеичь отъ Герцоха и отъ меня."
"Герцогиня." *
* Записка эта, очевидно, написана по случаю возвращенія въ Ярославля воеводы Шубина съ женою изъ какой то поѣздки.
Въ Пелымѣ и въ Ярославлѣ ссыльная герцогиня сочинила на нѣмецкомъ языкѣ нѣсколько стихотвореній духовнаго содержанія, которыя въ 1777 году изданы въ Митавѣ подъ заглавіемъ; Eine grosse Kreuztragerin. Книга эта сдѣлалась теперь библіографическою рѣдкостью ( Inland, Beilage zu No 48, 29го ноября 1848 г.).
Въ Императорской публичной библіотекѣ есть гравированный, во недоконченный (во время его регентства) портретъ Бирона; а въ Гатчинскомъ дворцѣ есть его грудной портретъ, писанный масляными красками, когда онъ уже былъ въ преклонныхъ лѣтахъ. Этотъ портретъ, кажется, перевезенъ туда изъ прежняго Чесменскаго дворца (нынѣ Николаевскаго инвалиднаго дома), гдѣ при Екатеринѣ II собрана была коллекція портретовъ современныхъ ей владѣтельныхъ особъ, которые сами онѣ, по выраженному ею желанію, ей присылали. Большая часть этихъ портретовъ находится теперь въ Петергофскомъ Англійскомъ дворцѣ, и къ этой коллекціи присоединены, при императорѣ Николаѣ Павловичѣ, портреты королевы Викторіи, ея сыновей и др.
Скажемъ еще что намъ случилось однажды видѣть въ Петербургѣ привезенную изъ Митавы акварель, представлявшую набальзамированный трупъ Бирона въ открытомъ гробу. Судя по этому рисунку, на Биронѣ очень хорошо сохранились бѣлый парикъ, коричневый кафтанъ французскаго покроя съ нашитою на немъ Андреевскою звѣздой, штаны, чулки и башмаки съ пряжками. Въ Митавѣ, въ склепѣ герцогскаго дворца, каждый проѣзжій можетъ съ нимъ познакомиться за цѣлковый заплаченный кистеру. Мы слышали что, всѣ прочіе гробы обдѣланы обручами и запечатаны. {См. объ этомъ склепѣ стр. 419, т. I, Осьмнадцатаго вѣка. } Тамъ же прежде показывали набальзамированный трупъ кучера который пожертвавалъ своею жизнью для спасенія своего герцога (Кетлера?). Онъ предупредилъ его о заговорѣ, и кода тотъ ему не повѣрилъ, то предложилъ помѣняться мѣстами; герцогъ сѣлъ на козлы, кучеръ въ карету, и его застрѣлили; а убійцы были захвачены заранѣе разставленными въ засадѣ войсками.
Свояченица Бирона, жена младшаго брата его Густава, Александра Александровна, рожденная княжна Меншикова, Скончавшаяся въ С.-Петербургѣ въ 1736 году, погребена въ нижней каменной церквѣ Благовѣщенія въ Невскомъ монастырѣ (Рубанъ, стр. 374 и 375).