Независимо отъ этого, давнишнее довѣріе свое къ Черкасову, Екатерина II подтверждаетъ въ первомъ же письмѣ, адресованномъ ему изъ Царскаго Села въ Ревель, гдѣ выражаетъ надежду что вмѣстѣ съ Ребиндеромъ, онъ подвинетъ дѣло согласно ея желаніямъ (acheminera encore les choses selon mes désirs) u прибавляетъ: "Я вамъ, совѣ гѵю бытъ весьма учтиву, но безъ излишества; un homme sensé sait trouver eu tout un juste milieu, et vous êtes sensé.... Votre lettre est bien écrite; continuez de m'en écrire comme vous avez commencé; j'en suis très contente...." {Толковый человѣкъ всему знаетъ мѣру, а вы толковы.... Ваше письмо хорошо написано; я имъ очень довольна; продолжайте какъ вы начали.} Въ послѣдствіи же времени (NoNo V и XII) императрица пишетъ Черкасову: "Я вами сталь же довольна, какъ и вы мною." ("Je suis aussi contente de vous que vous l'êtes de moi") и поощряетъ его обращаться къ ней со всякими вопросами, которые могутъ быть внушены ему благонамѣренностью его и преданностью къ ней, прибавляя что это дѣло не первое, сколько-нибудь запутанное, изъ котораго eft удалось выйти съ честью и удовольствіемъ. (Continuez à me faire des questions autant que vous voudrez; cela ne m'ennuiera pas; je suis accoutumée à répondre et je connais vos bonnes intentions et sais que vous m'êtes fidèle. Ceci n'est par la première a flaire compliquée, de laquelle je suis sortie avec honneur et satisfaction.) Письмо No XXIII Екатерина II оканчиваетъ слѣдующею припиской: "На тебѣ въ награжденіе за добрыя вѣсти англійскія газеты"; а предпослѣднее письмо свое (No XXVI) словами: "Je suis très contente de vous, pareeque j'ai de vos lettres et que tous le reste va bien." Разъ только, въ продолженіи этой переписки, Екатерина II разсердилась, получивъ эстафету, которую ревельскій почтмейстеръ Гофманъ отправилъ вице-канцлеру прежде эстафеты Черкасова императрицѣ, о томъ что Иго іюня ландграфиня Дармштадтская со всею свитой своею отправилась изъ Ревеля въ С.-Петербургъ. Однакожь и тутъ неудовольствіе выражено чрезвычайно мягко и умѣренно (No XXV'). ІІо получивъ два часа спустя эстафету Черкасова, а на другой день и донесеніе отправленное имъ съ дороги (ночлегъ на мызѣ Колкъ, у графа Стенбока), Екатерина II спѣшилъ извиниться, обвиняетъ себя въ живости, оправдывается, расхваливаетъ Черкасова, сообщаетъ ему пріятныя извѣстія и дѣлаетъ все э го съ самою обворожительною женственное тѣло, причемъ остатокъ гнѣва ея обрушивается (впрочемъ, весьма невиннымъ образомъ и только въ хгасьмѣ Черкасову) на реведьскаго почмейстера, въ которомъ она прознала услужливаго дурака, во который, поступая вторично такимъ образомъ, въ сущности (и симптомъ этотъ для нашего повѣствованія очень знаменателенъ) старался вредить барону Черкасову и тѣмъ угодить своему начальнику, а его врагу, графу Н. И. Панину. {Почтовое вѣдомство было подчинено тогда и еще при князѣ Безбородкѣ, въ царствованіе Павла I, президенту государственной коллегіи иностранныхъ дѣлъ.} Дѣйствительно, Гофманъ уже предъ тѣмъ осмѣлился однажды задержать письмо Черкасова, такъ что императрица получила его довольно поздно (NoNo XII, XIV и XIX). Даже принца Гожитейнъ-Бекскаго можно заподозрить въ томъ что онъ изъ угодливости къ Панину ложно отрапортовалъ императрицѣ будто всѣ починки окончены въ Екатеринтальскомъ дворцѣ и чрезъ это сталъ въ противорѣчіе съ Черкасовымъ (No X и XI).
Касательно всеподданнѣйшихъ донесеній Черкасова, мы прежде всего повторимъ сказанное въ XII главѣ предшествующей нашей статьи: { Русскій Вѣстникъ за мартъ мѣсяцъ сего года.} въ вопросахъ второстепенныхъ, не имѣвшихъ дѣйствительнаго государственнаго значенія, онъ не позволялъ себѣ ни малѣйшихъ возраженій. Онъ вполнѣ покорялся монаршей волѣ и не настаивалъ ни на одномъ изъ тѣхъ ходатайствъ или предположеній которыя Екатерина II отвергала или исполненіе которыхъ она отлагала до и на то времени (NoNo IX, XII -- XIV и XIX). Полную вѣру свою въ ея къ нему расположеніе и всю свою благоговѣйную, безграничную къ ней приверженность высказалъ онъ не обинуясь, съ перваго раза, когда, только-что прибывъ въ Ревель, слѣдующимъ образомъ закончилъ свое письмо къ императрицѣ: "Я уже забываю что пишу своей государынѣ, но вы такъ милостивы ко мнѣ, и я такъ откровененъ что не удивительно если я порой не вполнѣ соразмѣряю свои выраженія. Дѣлайте мнѣ замѣчанія, когда я ихъ заслуживаю.... но не какъ августѣйшая повелительница!... Какъ я счастливъ что служу такой императрицѣ какъ вы, я бы никуда не годился въ службѣ инаго государя, ибо гдѣ найти вамъ подобныхъ? Говорю это чистосердечно и радуюсь тому что искренность моя для васъ несомнѣнна!" (No III). Вслѣдъ за симъ Черкасовъ, 19го мая, писалъ Екатеринѣ II: "Я. вполнѣ счастливъ что мои письма удостоиваются одобренія вашего императорскаго величества" (No VI); а 25го мая: "Простите, всемилостивѣйшая государыня, если я докучаю вамъ своими вопросами и сочтите эту дерзость мою за доказательство моего живѣйшаго желанія со служить вамъ вѣрную службу" (No IX); наконецъ, 1го іюня онъ напоминалъ государынѣ что давно привыкъ ничего не скрывать отъ нея, и что поэтому ему тѣмъ легче будетъ вполнѣ откровенно описать ей то впечатлѣніе которое на него произведутъ принцессы Дармштадтскія" (No XIII); а въ припискѣ (PS) къ донесенію своему отъ 4го числа того же мѣсяца (No XVIII) выразился слѣдующимъ образомъ: "Осмѣливаюсь снова увѣрить ваше императорское величество что я сдѣлаю все отъ меня зависящее, для того чтобы во всѣхъ отношеніяхъ удовлетворительно исполнить ваши приказанія. Но еслибы послѣдовала неудача, то ужь пеняйте сами на себя, всемилостивѣйшая государыня, за то что изволили выбрать человѣка неловкаго (un maladroit) для выполненія такого порученія!... Я только то знаю что вамъ нравится лить доброе и честное." (Je sais que ce qui vous plait est bon et honnête).
Вообще большая часть донесеній Черкасова напоминаетъ письмо написанное Екатеринѣ II Вольтеромъ изъ Ферне, 26го февраля 1769 года, гдѣ между прочимъ сказано:
"Je suis un vieux malade de 75 ans, je radote, peut-être, mais je vous dis au moins ce que je pense, et cela est assez rare, quand on parle à des personnes de Votre rang. La Majesté Impériale disparait sur mon papier devant la pei'sonneMon enthousiasme l'emporte sur mon profond respect". {"Я больной 76тилѣтній старецъ. Я, быть-можетъ, лишу вздоръ; но по крайней мѣрѣ я вамъ говорю то что думаю; а это дѣлаютъ довольно рѣдко, когда обращаются къ лицамъ вашего сана. Я забываю объ императорскомъ величествѣ, когда занятъ единственно вашею особой. Мой энтузіазмъ превосходитъ мое глубокое высокопочитаніе."}
Ограничимся указаніемъ въ корреспонденціи Екатерины II съ барономъ Черкасовымъ на NoNo X--XIV, XVII и XIX, какъ на письма самыя остроумныя, не подвергая ихъ разбору, дабы предварительнымъ анализомъ не лишить ихъ интереса для читателя.
Вообще вся эта переписка подтверждаетъ сказанное княгиней Дашковой объ Екатеринѣ (стр. 77 и 286 ея Записокъ ):
"Никто не обладалъ въ равной степени съ Екатериною быстротою ума, неистощимымъ разнообразіемъ его источниковъ, и главнѣе всего, прелестью манеры и умѣньемъ скрасить самое обыкновенное слово.... Она внушала къ себѣ уваженіе, соединенное съ любовью и благодарностью. Привѣтливая, веселая, она забывала о своемъ достоинствѣ въ частномъ обществѣ; но если и были забыты ея внѣшнія отличія, то каждый питалъ чувство почтенія къ ея природному превосходству...."
Прибавимъ въ заключеніе что изъ числа одиннадцати слѣдующихъ за симъ всеподданнѣйшихъ донесеній Черкасова только пять находятся въ подлинникѣ въ кабинетскихъ дѣлахъ государственнаго архива, то-есть собственноручно переписанные имъ набѣло съ сохранившихся у насъ черновыхъ, и слѣдовательно въ томъ видѣ какъ они были присланы императрицѣ, а именно NoNo VI, VII, XIII, XIV и XVII вашего сборника; прочія же могли быть или тогда же уничтожены Екатериной II, по причинѣ ихъ довѣрительнаго свойства, или переданы ею цесаревичу, какъ заключавшія любопытныя для него подробности о принцессахъ Дармштадтскихъ, или отосланы тѣмъ придворнымъ, либо инымъ должностнымъ лицамъ отъ которыхъ требовались относившіяся къ ихъ кругу дѣятельности распоряженія по поводу предстоявшаго путешествія ландграфини съ тремя ея дочерьми отъ Ревеля до Царскаго Села.
Переписка Екатерины II съ барономъ Черкасовымъ.
I.