Содержаніе: "Я уже считала васъ умершимъ и похороненнымъ." -- Графы Панинъ и Разумовскій.-- Не оказывать ландграфинѣ недовѣрія и не заводить при ней тайной канцеляріи.-- Привычка отвѣчать на вопросы.-- Вступленіе князя Орлова въ отправленіе всѣхъ его прежнихъ званій.-- Похвала.-- Карманные часы лорда Букингама.-- Письмо князя Долгорукова не упоминающее объ эскадрѣ.-- Англійскія газеты.-- Веселіе и здоровье.
Сего 30го мая 1773.
Г. баронъ Черкасовъ! Я уже считала васъ умершимъ и похороненнымъ, не получая отъ васъ извѣстій послѣ вашего послѣдняго письма, отъ 21го числа сего мѣсяца, когда сейчасъ подучила то которое вы мнѣ написали 2бге и которымъ вы меня увѣдомляете о полученіи моей толстой долети. Графъ Панинъ до сихъ поръ отъ меня скрываетъ свое письмо,1 потому что не хочетъ чтобъ я узнала что онъ надѣется повести свою ладью и что слишкомъ хорошо меня знаетъ чтобы полагать что это могло бы мнѣ понравиться. Но я надѣюсь имѣть преимущество, лишь бы вы только исполнили въ точности мои приказанія. Если графъ Разумовскій будетъ просить вашего позволенія прибыть сюда въ свитѣ ландграфини, вы отзоветесь что не имѣете на тотъ счетъ отъ меня приказаній; но что я составила сана списка лицъ и числа лошадей которыя должны быть отпущены, и что вы не смѣете, и наконецъ что все что вы можете сдѣлать, это позволить ему взять нѣсколько лошадей, назначенныхъ для Свиты ландграфини, когда она и ея свита уже уѣдутъ. Если же ландграфиня стала бы говорить вамъ объ этомъ или бы поручила кому-нибудь съ вами о семъ переговорить, вы ей тоже скажете что я назначила и составила сама всѣ списки, и что вы ей это не совѣтуете" Что касается до писемъ изъ Петербурга и иныхъ мѣстъ, то не вмѣшивайтесь въ это. Избѣгайте также оказывать недовѣріе относительно тѣхъ которые бы могли обращаться или адресоваться лично (къ ландграфинѣ). Но наблюдайте за всѣмъ и доносите мнѣ исправно, и своими совѣтами удаляйте всякое пристрастіе, буде можете. Впрочемъ я не намѣрена завести у ландграфини и ея дочерей никакого рода тайной канцеляріи (русскій текстъ). Если онѣ не хотятъ слушать отъ меня добрыхъ совѣтовъ, то могутъ убираться къ чорту (нѣмецкій текстъ)-.. Продолжайте дѣлать мнѣ вопросы сколько хотите; это мнѣ не наскучитъ; я привыкла отвѣчать и знаю вашу благонамѣренность и то что вы мнѣ преданы. Это не первое запутанное дѣло изъ котораго я вышла съ честью и къ моему удовольствію. Съ истинною радостью сообщаю вамъ что 20го числа князь Орловъ вступилъ снова въ отправленіе всѣхъ своихъ званій. Мнѣ пріятно знать что наконецъ-таки вы поселились въ Екатеринталѣ и заочно одобряю сдѣланныя вами распоряженія. Мы потолкуемъ о Кёльхенѣ по возвращеніи вашемъ сюда. Карманные часы лорда Бункингама2 очаровательны. Это настоящая драгоцѣнность. Теперь къ нимъ нужна цѣпочка. Моя тутъ вовсе не пригожа и очень невзрачна въ сравненіи съ часами. 20го мая въ Берлинѣ также еще ничего не было слышно о моемъ фрегатѣ, какъ будто бы онъ вовсе не существовалъ; значитъ, плаваніе его отъ Кронштадта до Любека продолжалось болѣе недѣли. Я видѣла нынче утромъ письмо князя Долгорукова,3 въ которомъ не заключается ни близкаго, ни даже отдаленнаго намека на этотъ предметъ и даже вовсе объ немъ нѣтъ помину. Препровождаю при семъ англійскія газеты и молю Бога чтобы Онъ васъ хранилъ въ веселіи и здравіи.
Екатерина.
Примѣчанія:
1 Мы перевели слово въ слово, свое письмо (sa lettre), то-есть то конфиденціальное письмо барона Ассебурга Панину, содержаніе котораго только стороной дошло до императрицы и прописано въ VIII.
2 Букингамъ, великобританскій посолъ въ С.-Петербургѣ, см. Русскій Вѣстникъ за мартъ 1870 года, стр. 181--186.
3 Кн. Долгоруковъ, русскій посланникъ въ Берлинѣ, см. предисловіе къ этой перепискѣ.
XIII.
Czerkassow à l'Impératrice.