-- Вотъ такъ пріемъ, говорилъ измучившійся Лучаниновъ.
-- Когда же тамбуринъ? спросилъ Барскій.
-- Послѣ этого акта. Она танцуетъ Zapateado; тутъ и поднесемъ, отвѣчалъ Лучаниновъ, швырнувъ букетъ.-- Браво, свирѣпо крикнулъ онъ, когда танцовщица, поднявъ букетъ, случайно уставила на него большіе, темные глаза.-- Браво.
Наконецъ смолкъ пріемъ. По сценѣ порхала небольшая фигурка танцовщицы. Оркестръ нѣсколько разъ принужденъ былъ останавливаться отъ аплодисментовъ.
-- Бенефиціантку, кричалъ рай, когда опустили занавѣсъ.
-- Бенефиціантку, повторяли въ креслахъ.
-- Довольно, господа, говорили субъинспекторы, подходя къ студентамъ.
-- Да помилуйте; развѣ можно не вызывать? Вы видите какъ она танцуетъ, убѣждали субъинспекторовъ студенты.
-- Что же вы съ тамбуриномъ-то, философы? спросилъ подходя къ Лучанинову, не высокій господинъ въ черномъ фракѣ.-- Вѣдь, говорятъ, не позволяютъ нашимъ идти на сцену.
-- Какъ не позволяютъ? крикнулъ вдругъ на весь театръ чей-то могучій голосъ; это былъ голосъ Корнева, неожиданно появившагося на серединѣ пути въ кресла.-- Какъ не позволяютъ? повторилъ онъ, свирѣпо озирая собирающуюся около него толпу.-- Я пойду.