Чтобы не показалась нѣсколько неясною послѣдняя мысль Лучанинова, мы скажемъ о ней два, три слова читателю. Художникъ-писатель, напримѣръ, сидя за работой, въ своемъ одинокомъ углу, постоянно ведетъ бесѣду съ тѣмъ, съ другимъ: пишетъ ли онъ смѣшную сцену, онъ представляетъ себѣ какъ прочтется она человѣкомъ особенно чуткимъ къ смѣшному; изображая разговоръ двухъ влюбленныхъ, непремѣнно припомнитъ пріятеля который любитъ потрунитъ надъ сантиментальностью, припомнитъ для того чтобы справиться: "что-то онъ скажетъ?" Въ жизни, гдѣ вѣчно недосугъ, это вліяніе на васъ другихъ не такъ замѣтно какъ въ одинокія, безмолвныя минуты творчества; тамъ, въ жизни, мимолетнѣе, быстрѣе дѣлаются эти справки, но все-таки дѣлаются. Въ самосозиданіи каждаго человѣка участвуютъ многіе; еслибы дѣлать цитаты, отмѣчать откуда то или другое во мнѣ, оказалось бы что даже у недальняго человѣка, у ребенка, есть чему поучиться. Какъ безчисленно разноцвѣтны дары розданные людямъ природою, такъ неизмѣримо количество силъ тайно зиждущихъ человѣка.
Стало смеркаться; за той сторонѣ замерзшей рѣки свѣтились огоньки въ домахъ; съ широкаго простора другаго, отлогаго берега, рѣзкій вѣтеръ несъ снѣжную пыль. Лучаниновъ повернулъ назадъ и пошелъ медленнымъ шагомъ на квартиру. Впереди его шла старуха, въ потертомъ атласномъ черномъ салопѣ, съ увязанною огромнымъ платкомъ головою. Поравнявшись съ нею, молодой человѣкъ остановился чтобы вынуть папироску. Старуха тоже остановилась.
-- Извините, робко начала она, -- вы, кажется, господинъ губернскій секретарь, Лучаниновскій? Служите здѣсь?
-- Точно такъ, отвѣчалъ Лучаниновъ. (На службѣ, согласно свидѣтельству консисторской метрики, онъ именовался Лучаниновскимъ.)
-- Мы съ вами сосѣди, господинъ губернскій секретарь, продолжала, съ польскимъ выговоромъ, потряхивая головой, старуха.-- У меня дѣло; вы, какъ служащій при начальникѣ, можетъ-быть, даже знаете.... Процессъ, изволите видѣть, объ имѣньѣ... Всѣ доказательства въ нашу пользу, господинъ губернскій секретарь, но дѣло мое женское, безграмотное почти, стара, и посовѣтовать.... Я не богата, -- такъ посовѣтовать и некому.... всѣ документы у меня.... Вотъ, продолжала старуха, вытаскивая изъ-подъ салопа толстую связку увязанныхъ въ платокъ бумагъ.-- Вотъ, господинъ губернскій секретарь, говорила она, подойдя къ лавочкѣ и принимаясь дрожащими руками развязывать узды пачки.
-- Это вы потрудитесь принести ко мнѣ, остановилъ ее Лучаниновъ.-- Впрочемъ, не знаю буду ли я вамъ полезенъ; я плохой юристъ, но если дѣло въ какой-нибудь справкѣ, извольте, я готовъ сдѣлать ее вамъ.
-- Многаго я дать пока не въ силахъ, во что могу я заплачу за хлопоты вамъ, господинъ губернскій секретарь; не принимаете ли вы меня за нищую? обидчиво произнесла, спрятавъ бумаги, старуха.
-- Помилуйте, мнѣ и въ мысль не приходило, отвѣчалъ краснѣя Лучаниновъ.-- Но я не адвокатъ; справку, это такая бездѣлица, я сдѣлаю вамъ безплатно; но вести весь процессъ вашъ не берусь, просто потому что не сумѣю. Позвольте мнѣ....
-- Топоровская, сдѣлавъ нѣчто въ родѣ реверанса, отвѣчала старуха.
Лучаниновъ покраснѣть.